На террасе особняка со сверкающими камушками, зеленым газоном и милыми деталями декора, создается идеальное место для семейного отдыха. Уютный дом на двух уровнях кажется больше предназначенным для дружной семьи, где можно расслабиться с чашкой чая, наблюдая за детьми в саду....
— Она не говорит, — громко рявкнула я, сама испугавшись своего голоса, и подбежала ближе. — Пока что не говорит, — уточнила поспешно.
Макс осторожно убрал руку от Алексы и, по-доброму улыбнувшись ей, медленно встал. И тут же послал мне пренебрежительный взгляд.
Тем временем малышка не сводила глаз со Стравинского, смешно задрав голову вверх. А потом еле слышно выдала: ""па"".
Я ошеломленно уставилась на Алексу. В груди нещадно жгло, кровь стучала в висках, а к горлу подкатил ком: не может быть, мне послышалось.
Алекса же, заметив нашу реакцию, звонко расхохоталась, будто насмехаясь над нами — такими глупыми взрослыми, и настойчиво залепетала: ""папапапа"", вводя меня в полное оцепенение. Что ж, а вот и долгожданное первое слово. Только не знаю, радоваться мне или плакать?
Я окончательно растерялась, даже не представляя, как уладить ситуацию. К счастью, в этот момент к нам уже приближалась Амелия.
Мама настороженно зыркнула на Макса, схватила на руки Алексу и быстрым шагом направилась в дом.
— И вам добрый день, — ядовито протянул Стравинский ей вслед.
Оставшись с ним наедине, я призвала все свои внутренние силы и приготовилась защищаться. Но для начала решила выждать, что же он скажет.
— Надо было лучше выбирать отца своему ребенку, — гневно выплюнул, обезоруживая меня.
Я выдохнула с облегчением: не догадался. Или не захотел принимать очевидное?
— Да, ее отец оказался редкостным гадом, — выплеснула на Макса всю накопившуюся обиду, зная, что он все равно не поймет. — Вот только сердцу не прикажешь, — показательно развела руками, приводя Стравинского в бешенство.
— Вы что, поругались? Разошлись? — сквозь пелену злости в его голосе проскользнули нотки надежды.
Проигнорировав вопрос, я подняла измученный взор на Макса.
— Зачем ты здесь? Чего ты хочешь от меня? — произнесла безучастно.
Стравинский кивнул головой в сторону беседки, где недавно гуляли мама и Алекса, и, не дожидаясь моей реакции, первым направился туда. Сколько же спеси в этом несносном мужчине! Помедлив, все же двинулась за ним, намереваясь раз и навсегда поставить жирную точку в наших больных отношениях.
