Жду вас через полчаса во дворе.
Придерживая на бёдрах полотенце, он прошёл к своей одежде, развешанной на стойке.
— Прекрасно! — чуть резковато ответила я. — И не забудьте выпить все эти снадобья.
Оставив папку на столе рядом с ними, я направилась к двери.
— Да, мамочка! — бросил мне вслед Ренельд, едва сдерживая смех.
Через условленные полчаса я спустилась во двор и села в ждущую у крыльца карету. Герцог уже был внутри. А Лабьет сразу перебрался ко мне поближе. Почудилось, будто он взволнован и даже слегка расстроен. Отчего бы?
— Вы посмотрели бумаги? — уточнила я, когда мы выехали.
— Да, — Ренельд кивнул. — И то, что я там увидел, только подтвердило некоторые мои подозрения. Как и разговор с Фабрисом д’Амраном. Хоть он утверждает, что вышел на Рауля Донжона сам.
— Да куда ему! — засомневалась я. — Он даже собственные дела вести не мог. Откуда у него вообще деньги?
— Говорит, выиграл в карты в одном из мужских клубов.
— И решил потратить выигрыш на пакости…
Просто феноменальная глупость! Видно, желание досадить мне оказалось сильнее благоразумия.
— Не торопитесь с выводами, — Ренельд многозначительно понизил голос, словно здесь нас кто-то мог подслушать.
— Значит, здесь всё же есть двойное дно? — я даже перестала гладить Лабьета по шерстяному гребню, отчего тот недовольно буркнул.
— А как же! Весьма внушительной и зловонной глубины. Тибер, к счастью, не сидел без дела, пока я отдыхал в вашей спальне, — герцог покосился на меня с лёгкой улыбкой. — И учил я его не зря. Потому что он выяснил одну важную деталь: все те маги, чьи ауры были в подаренной вам бутыли, в своё время подавали заявки на обучение в Санктуре. Но, так как у них не было средств, они рассчитывали попасть туда по милости благотворителей.
— И что же? Попали? — я поймала себя на том, что завороженно разглядываю лицо своего жениха.
Кажется, он оставался серьёзным, но в то же время появилась в нём некая неуловимая черта, лёгкость, которая придавала особую притягательность.
— Представьте себе, всё говорит о том, что нет. Вернее, они были приняты. Формально. И вскоре отчислены якобы из-за несоответствия. Но… — Ренельд качнулся вперёд. — Судя по досье, они все были довольно умелыми магами с весьма обширными способностями. Только один нюанс: все с перекошенной в темноту аурой. Вот просто так. Была светлая. И тут вдруг тёмная. Такие метаморфозы не происходят на ровном месте. И последним в череде тех “благотворительных” адептов, был Рауль Донжон. Но и он, как мы уже знаем, тоже был отчислен очень скоро. Почему? Из-за “потемневшей” ауры.
— Если они просто пошли не по тому пути?
— Это без сомнений.