С того дня я ещё помню след, куда эта ваша силушка перетекала”.
А Ли явно не любительница миндальничать. Признаться, я представляла её весьма трепетной “девой”, но явно не такой бойкой бандиткой. Но что ж. Воспитывать её явно было некому. Даже Лабьет своими так называемыми манерами порой вводил в растерянность всех вокруг. Это при том, что его напарник — герцог! Аристократ в лохматом поколении.
— А это не опасно? Для тебя? — поинтересовалась я, с сомнением указав взглядом на её раненый и до сих пор перевязанный бок.
Как ни лечил её Лабьет, а удар был такой силы, что не убил её на месте одним только чудом. И, похоже, состав этого заряда был очень уж едким. Только за это Венсана Саумона можно было бы оставить тихо сходить с ума в камере. Но он, к сожалению, ещё был нам нужен.
“Да что мне уже сделается, — Ли помахала хвостом. — Кажется, уже ничего не может быть хуже того, что я пережила. Ну что, передашь мои слова своему мужу?”
Как будто я могла ответить “нет”.
К счастью, Ренельд с Лабьетом вернулись скоро — и как раз застали нас с Ли за молчаливой — но только со стороны — беседой.
— Мадам Хибоу уже доложила, что завтрак готов, — бодро проговорил герцог и весьма пылко поцеловал меня в губы. — Можем спускаться. Готовься к тому, что нам придётся задержаться там до тех пор, пока всё не закончится.
“Ой, я надеюсь, вы не начнёте снова тискаться? — Ли закатила глаза. — Это надолго…”
Лабьет как-то жалостливо проскулил и указал в нашу с Ли сторону красноречивым взглядом. Его я снова не слышала. Но Ренельд неверяще нахмурился, а затем вдруг просиял. Хоть что-то удалось!
— Она говорит? С тобой? — кажется он готов был подхватить Ли на руки и закружить в каком-то неуклюжем танце.
— Похоже на то, — я развела руками.
Ренельд внимательно выслушал всё, что успела рассказать мне Ли. Лабьет же настороженно наблюдал за ней, будто ещё и сам до конца не верил. Иногда из его горла доносились своеобразные звуки, словно он в этот самый миг пытался начать говорить по-человечески и вслух. Ренельд покосился на него, а затем пояснил:
— Лабьет считает, что Ли нарочно не говорит с ним.
“Обидчивый какой! — не выдержала та. — Совсем очеловечился. Не понимает, что ли, что с ним у меня нет никакой связи?”
Пришлось передавать её слова Лабьету — на что тот насупился ещё больше. Он-то, видно, на эту самую связь очень надеялся.
Обсудив последние детали, мы решили, что перед возвращением в Марбр нам всё же придётся проверить то место, где Собиратель предположительно хранил общий накопитель аур.
“Я не уверена, что он до сих пор там. Но ещё чувствую связь с ним”, — пояснила Ли.