Молодая вдова оказывается в сложной ситуации после того, как её жизнь изменила влиятельный мужчина. Она ищет способ справиться с последствиями этих событий, сталкиваясь с силами Собирателя. Неожиданные события пробуждают новые перспективы для неё.
Но однако нашёл следы каких-то побочных заклинаний. Но они словно бы спрятаны…
— Как были спрятаны следы каналов, которые вели от ловушек к накопителю? — догадался Ренельд.
— Возможно, — Гаспар развёл руками. — Я ощутил только постороннюю энергию, которая характерна для неких заклятий. Точно сказать не смогу. Это слишком сложная головоломка, чтобы разобраться в ней сходу. Возможно, анализ его ауры даст тебе какие-то ответы. Но… Рен, — заклятийник помолчал, потерев переносицу пальцами. — То, что это чудовище опасно, я тебе могу сказать и так. Это не принц Лоррен. Ну тот Лоррен, с которым мы учились когда-то. Хоть и выглядит, как он.
Ренельд кивнул и хлопнул друга по плечу. Тот и правда выглядел встревоженным, даже растерянным. Пришлось его отпустить: больше он здесь ничего не мог сделать.
Придётся возвращаться в комнату ни с чем — пока что. Но отчасти исследование заклятийника облегчило дальнейшее выяснение обстоятельств.
— Гаспар стал таким важным, возмужал, — заметил принц, когда Ренельд вновь подошёл к столу, за которым тот сидел. — А был-то…
Он поднял оттопыренный мизинец. Да, заклятийник давно уже перестал быть заучкой, адептом, за которого приходилось заступаться более сильным друзьям. Как-то незаметно это случилось.
— Служба при дворе закалит кого угодно.
— А знаешь, как закаляет война? У-у, — Лоррен натужно рассмеялся. — Это у меня осталось оттуда.
Он ткнул пальцем в висок, прямо в выпуклую полосу шрама — и тут же с омерзением отдёрнул руку. Словно одна только мысль о нём злила его или вызывала самые неприятные воспоминания.
— Как ты выжил и где был? — вернулся Ренельд к одному из самых важных вопросов. — Почему ты не рассказал отцу о том, что жив?
— Как это? — нарочито удивлённо округлил глаза Лоррен. — Он знал! Знал. Но может быть, не стал никому об этом рассказывать. Потому что… Знаешь… Когда я уничтожал флот Сьерво, в какой-то миг понял, что что-то изменилось. Нет — изменилось всё.
— Ага, — принц расправил плечи. — Ты прекрасно знаешь, как это бывает. Ведь это твой профиль, верно?
— Да, это мой профиль. И потому у меня к твоей ауре накопилось много вопросов. Всё это — состязания, выбор преемника — не может касаться тебя до тех пор, пока я не пойму, что с тобой. Ты говоришь, что баланс твоей ауры безвозвратно сместился как раз в том сражении. Но ты пришёл и напоказ сияешь светлой её частью. Может быть, даже более сильной, чем у тебя была раньше!
— Завидуешь? — принц посмотрел на него исподлобья.
