Автор
Малыш Мирон уже определенно перешел из игр на игровой площадке в более опасные горки и занятие постели. Уже пора домой, но выйти за дверь я не могу, боюсь разбить ногу еще больше, как это случилось сегодня утром. Я просто не успеваю за его невероятной активностью и непредсказуемостью....
У меня уже есть ребёнок, второй ребёнок мне сейчас ни к чему.
Чёрт! Я не уверена сейчас ни в чём! Я не хочу забеременеть ещё раз! Уж точно не сейчас, когда проблем выше крыши!
Проблем у меня до хрена и больше.
Но я не придумала ничего лучше, чем заняться сексом со Смоляковым. Секс без защиты!
Я пихнула Смолякова локтём, но тело было полно неги. Движение вышло вялым и едва заметным.
— Смоляков, гад! Отпусти меня немедленно!
Даниил удивлённо развернул меня к себе лицом и попытался поцеловать. Но я собрала всю волю в кулак и огрела лицо мужчины пощёчиной.
— Это тебе за то, что вломился в нашу жизнь!..
— Подожди, Насть…
Я не желала ждать. Внутри меня закипала злоба.
Разбрасывается, хоккеист, своим звёздным семенем налево-направо, ещё бы песню затянул: «Сею-сею, посеваю!»
Конечно, я сама виновата, дурында!
Именно на мои плечи лягут проблемы, ответственность и все прочие прелести жизни. С мужчин взятки гладки: кончил — и пошёл.
Да, от близости Даниила я расплылась лужицей талой воды.
Внутренняя поверхность бёдер вся мокрая от своей смазки, а тягучая ниточка семени Смолякова немного щекочет кожу, медленно продвигаясь вниз.
— Настя…
Шлёп по другой щеке — держи добавку, Смоляков!
Потом меня прорвало. Я превратилась в бешеную фурию, обрушив на звёздного хоккеиста град толчков и ударов кулачками.
Даниил сначала ничего не понял и выставил руки вперёд, чтобы закрыться, не решаясь перехватить мои выпады.
Смоляков застыл на месте, открывшись для нападения.
"Даниил позволил мне подойти максимально близко, а потом ловко скрутил меня, заведя мои запястья за спину.
Он толкнул меня к стене. Опять.
К той стене, у которой только что был, без преувеличения, самый крышесносный секс в моей жизни.
— Тише! Тише, кому говорю? — рыкнул Даниил, усиливая захват безжалостных пальцев.
— Аа-а-ай, больно! — хныкнула я.
Даниил разжал пальцы, но моих рук не выпустил.
Моё тело сотрясалось дрожью. Злость выходила из меня остервенелыми толчками и мокрой испариной.
Спустя несколько минут Даниил отстранил меня и пытливо посмотрел мне в лицо.
— Успокоилась?
— Успокоилась, — подтвердила я.
Я подняла халатик и прошла в душ. Даниил смотрелся немного смешно в джинсах и трусах, спущенных до самых колен.
— Составить тебе компанию? — крикнул мне вслед Смоляков.
