Автор
Малыш Мирон уже определенно перешел из игр на игровой площадке в более опасные горки и занятие постели. Уже пора домой, но выйти за дверь я не могу, боюсь разбить ногу еще больше, как это случилось сегодня утром. Я просто не успеваю за его невероятной активностью и непредсказуемостью....
Я заранее предупредила в детском садике, что Мирона не будет.
Сынишка поначалу не очень радостно воспринял эту новость. Но у родственников были детишки возраста Мирона или чуть помладше. Так что сын не скучал.
А вот я жутко сильно скучала по Даниилу.
Я не ожидала от самой себя, что буду так сильно скучать по его самоуверенной ухмылке, горячим рукам или непробиваемому напору. Но сильно скучала.
Ему каким-то невероятным образом удалось настроить меня на себя. И без недостатка привычной дозы Смолякова мне уже было как-то не по себе…
— Насть, долго будешь на меня дуться? — спросил Смоляков.
Он позвонил и сразу спросил именно так, в лоб, даже не здороваясь.
— Я не дуюсь. У меня куча дел, — соврала я.
— Я не говорил Мирону ничего, — устало вздохнул Даниил. — Хочешь верь, хочешь не верь. Но одно ты знать должна. Я скучаю. Мне до ужаса тоскливо без тебя, хочу увидеть вас двоих. Можно?
— Если я скажу «нет», ты послушаешься меня?
— Мне очень не хочется этого делать, — признался Даниил. — Но ещё больше не хочется терять тебя.
Даниил усмехнулся. От звука его дыхания в телефоне кожа покрылась мурашками. Я поняла, что прижимаю телефон к уху изо всех сил, не желая его выпускать.
— Надеюсь, что и ты по мне немного скучаешь. Или хотя бы думаешь. Скорее всего, материшь меня. Надо признаться, заслуженно, — Даниил замолчал. — Я скучаю. Не ожидал, что влюблюсь в тебя, вляпаюсь с разбега так, что не выплыть.
Я молчала, едва дыша.
— Как успехи в спорте, Смоляков? — тихо спросила я.
— Ну, позови меня по имени ласково, а? — мучительно выдохнул Даниил. — Я же с ума схожу. Чувствую себя потерявшимся, а ты не хочешь меня даже слышать! Руки опускаются!
— Тебе нельзя опускать руки. Испортишь карьеру.
— Сейчас мне на всё плевать! — в сердцах сказал Даниил.
— Сыну некем будет гордиться, — едва дыша, ответила я.
— Правда?
— Да.
— У меня игра скоро состоится. Приедешь?
В голосе Даниила звучала затаённая надежда.
— Я не заставляю вас приезжать.
Я чувствовала, что слёзы уже собираются у меня на глазах.
Вот-вот сама разревусь, как дурочка влюблённая, и признаюсь, что мне без этого мужчины вдруг стало совершенно невыносимо!
— Я подумаю, — ответила я и торопливо попрощалась, вытирая слёзы.
— Мама, а папа когда приедет? — раздался голос сынишки.
Мой мальчуган забежал в дом, чтобы попить водички. Я обняла его крепко-крепко и поцеловала в чумазую щёку.
