Автор
В теплую осенний вечер, вместо радостного празднования диплома, женщина выбирает необычное место встречи. Ее планы настолько невероятны, что заставляют задуматься о тонком равновесии между жизнью и фантазиями. Ощущение вины и непонимания окружающих лишь придает смысловым граничным линиям этой необычной сцене....
Удар вышел что надо, однако я поморщился: костяшки еще не успели зажить после «беседы» с соседом Милы.
Через секунду Ремезов уже сидел на асфальте и стонал, прижимая ладонь ко рту. Оттуда на его некогда белоснежную рубашку капала кровь. Я схватил этого психа за лацканы пиджака и прорычал над ухом:
— Полагаю, ты меня услышал. В следующий раз такой дипломатичности ты от меня не дождешься, так что в твоих интересах, чтобы его не было.
Оттолкнул его так, что он не удержался и завалился на спину. А я развернулся, сел в машину, с силой хлопнув дверью, и через полминуты с визгом колес стартанул к выезду со стоянки.
"Поехал домой, нервно барабаня пальцами по рулю. Сбитые костяшки на правой руке побаливали, но меня беспокоило не это.
Все рассказы Милы меркли по сравнению с тем, что я сегодня увидел собственными глазами.
Ремезов стопроцентно повернут на ней, даже больше — одержим. Его глаза горели фанатичным огнем. И он явно не собирался сдаваться. Вопрос в другом: в чем причина такой неистовости и откуда такая ненависть к детям? Он ведь и сам когда-то был ребенком.
Однако Мила права: его однозначно перемкнуло после ее ухода. Он явный клиент психиатра.
Ладно, охрану усилю, а домой еще и доберманов с дачи заберу. Эти зверюги вышколены от и до, мимо них и мышь не проскочит, не то что Ремезов. Еще и Рра, моего верного хаски, должны вот-вот вернуть из ветеринарной клиники. Приболел, бедняга, пришлось почти на неделю его там поселить.
В общем, защиту дома обеспечу.
Так, что еще? Камер побольше повесить по периметру.
Милу пугать, конечно, не стану, но отношение Олега к детям в целом и его маниакальное желание избавиться от моего — моего! — ребенка... Это уже ни в какие ворота не лезет.
Пожалуй, приставлю следопытов и к нему самому. И, раз уж Азаров пока не может заняться этим вопросом, пусть поручит это дело своим сотрудникам. Лучшим, разумеется.
«Слабые места есть у всех. Твое я тоже найду, Ремезов».
На краю сознания маячила и другая его фраза. Она сразу резанула, но я не подал вида.
«Она не могла согласиться!» — что это значило?
Ремезов, хоть и псих, но Милу явно изучил основательно, поэтому, скорее всего, имел все основания так думать. Жаль, я не подозревал, о чем он.
Ну право слово, с чего это Миле отнекиваться выйти за меня замуж? Я не глуп, не урод, богат, наш первый раз ей явно понравился, насколько я помню. От Олега защиту пообещал, опять же. Ребенка хочу. Какие у нее доводы не соглашаться? Я отказывался понимать.
