Автор
В теплую осенний вечер, вместо радостного празднования диплома, женщина выбирает необычное место встречи. Ее планы настолько невероятны, что заставляют задуматься о тонком равновесии между жизнью и фантазиями. Ощущение вины и непонимания окружающих лишь придает смысловым граничным линиям этой необычной сцене....
В общем, дал бы хоть какое-то обоснование неоднократных измен!
Но нет, это его «мой идеал, моя богиня» сводило с ума. Если я идеал, то какого хрена он парковал то, что не должен был парковать, на чужой стоянке?
Да у него там явно сквозняк на чердаке, пора к специалисту топать.
Я поежилась. Мне стало попросту страшно. Потому что знала, на что он способен и как может быть настойчив и даже назойлив, если нужно.
Теперь все его качества, которые помогли ему пробиться в работе, точно повернутся против меня.
Я глубоко вдохнула воздух, задержала дыхание и с шумом выдохнула.
Если раньше думала только об одном, то теперь об обоих сразу.
Бинго, Мила. Растешь на глазах.
Арчи, Олег. Олег, Арчи.
«А-а-а-а!»
Шестеренки в моей голове с ужасным скрежетом задвигались туда-сюда, а затем и вовсе встали.
— Мила-а-а, завтракать! — послышался из кухни голос Елизаветы Марковны.
Я отложила телефон, вздохнула и вышла из спальни.
Тихо вошла на кухню и затаила дыхание.
Так пошло с детства. Она никогда меня не ругала, но ее красноречивый разочарованный взгляд был хуже любого крика. А разочаровывать ее жуть как не хотелось.
— Доброе утро, Милочка, — улыбнулась няня. — Как погуляла? Хорошо отдохнула?
«Фух!»
Кажется, ничего не изменилось.
Я мысленно выдохнула и только теперь поняла, насколько напряглась в ожидании ее реакции. Мышцы расслабились, даже задышалось легче.
— Ага. Нормально погуляла, — пискнула я, сев за стол. Схватила оладушек, откусила половину и начала усиленно жевать, хотя есть совсем не хотелось.
Елизавета Марковна налила себе кофе и только собралась присесть за стол, как раздался звонок в дверь.
— Странно, я никого не жду, — пробурчала она.
Кусочек оладушки застрял у меня в горле. Я оторопело уставилась на няню. Что, если это нянин муж вернулся?
— Дядя Егор? — прошептала я, округлив глаза.
Елизавета Марковна подошла к окну, отодвинула занавеску и всмотрелась.
— Нет, Мил, там какой-то мужчина в бейсболке. Егор такие не носит. Пойду открою.
Она вышла из дома, а я продолжила наблюдать через окно.
Через несколько минут няня выглянула на улицу, а потом повернулась и махнула рукой: мол, иди сюда."
"Это по мою душу? Но кто? О том, что я тут жила, знали буквально несколько человек!
Сердце бешено забилось в грудной клетке, а лоб покрылся холодной испариной.
