Автор
В теплую осенний вечер, вместо радостного празднования диплома, женщина выбирает необычное место встречи. Ее планы настолько невероятны, что заставляют задуматься о тонком равновесии между жизнью и фантазиями. Ощущение вины и непонимания окружающих лишь придает смысловым граничным линиям этой необычной сцене....
Кто ты и как обо мне узнала? Или тебя кто-то подослал?
— В смысле?"
"Я закатил глаза. Даже Эллочка-Людоедка и та могла похвастать бо́льшим словарным запасом.
Терпеливо дождался, пока она усядется, и встал напротив, засунув руки в карманы джинсов. К слову, она присела на самый краешек дивана, словно птичка, готовая вот-вот упорхнуть.
— Как тебя зовут?
— Мила... — представилась она и начала мять пальцами край платья.
На краю сознания завертелось какая-то мысль-воспоминание. Но нет, уплыла, не успев дооформиться.
— А теперь, Мила, — скептически хмыкнул я, — расскажи, как девушка, которую вижу в первый раз, может быть от меня беременна.
— Не первый... — обиженно буркнула она, вдохнула полной грудью и затараторила: — Я... мы... Арчи, мы познакомились на вечеринке в стиле Чикаго. В масках были, поэтому ты меня и не узнал. Я в красном платье была, тебе еще модель понравилась. Сама и шила, кстати.
Мила начала активно жестикулировать:
— Ну, помнишь, ты меня еще от приставучих парней спас у туалета.
И... она снова покраснела.
Я сделал шаг назад и уперся спиной в стеклянную стену. Скрестил на груди руки и уставился на Милу.
— Не помнишь? — печально вздохнула она, взглянув на меня исподлобья.
Отчего же. Я вспомнил. Как представился ей Арчи: в клубе как раз использовал только это прозвище, прилипшее ко мне с детства. Помнил и многое другое: как благодарно она смотрела на меня, когда сказал тем парням отвалить, и как одуряющее пахла, и как доверчиво ко мне прижималась в танце, и даже как страстно отзывалась на ласки и прикосновения.
Но на этом, пожалуй, все.
Потому что кроме этого я помнил и ее попытку заговорить о швейном деле. Такую якобы невинную, плавно встроенную в разговор, будто бы невзначай. Фокус не прокатил. Получить работу в «А-групп» через постель не вышло.
Настырная девица, однако.
Я с силой сжал челюсти, так, что на скулах заходили желваки.
Сидит тут, краснеет, скромница, платье мнет. Сама невинность. Всех переплюнула! Ко мне подкатывали и ради работы, и ради денег, которые сулило место моей спутницы, но так, чтобы сразу и туда, и туда — это впервые. Не получилось в «А-групп» попасть, решила другим путем пойти?
Хрен-то ты угадала. Ведь еще лучше я помнил и другой — неоспоримый — факт:
— Ты меня за идиота держишь? — не выдержав, взорвался я.
