Автор
В дрожащих руках Кати лежит тоненькая книжечка с загадочным названием "Жена не узнает". Буквы перед ней мерцают, словно живые существа. Ее глаза сузились, как при свете фонаря в полумраке ночи. В этот момент Катя задумала: если женщина может не узнать мужа, значит, он просто обязан быть лучшим другом и супругом....
Убалтываю дочку, обещая зайти в ближайший к дому продуктовый. Покупаем кое-что и продуктов и чупа-чупс. Шлепаем по подтаявшей снежной каше к подъезду.
Внутри холодеет, когда я замечаю машину Юры, стоящую поодаль. И стоит она давно, судя по внушительных размеров снежному покрывалу на капоте.
Не понимаю, как он оказался дома? Илья же отправил его в кадастровую палату?
На мне макияж, волосы подкручены и уложены в прическу, да и одета я в деловой костюм. Нет времени отступать... Выкручиваться, переодеваться, юлить и лгать.
Вот и пришел твой час икс, Катерина.
Сейчас я признаюсь... Нет, не во всем... Слишком рано. О разводе он узнает после моей встречи с адвокатом.
— Где наш папа? - произношу нарочито весело и громко. - А вот и он. Юрочка, раздень Дашеньку, а я...
Голос надламывается, когда я сталкиваюсь с его мертвым взглядом. Снимаю куртку, нарядные ботильоны, на которые он пялится... Быстро убегаю в комнату, не позволяя мужу вдоволь насладиться моим видом - уверенной в себе, деловой женщины, а не клуши.
Стаскиваю пиджак, расстегиваю пуговицы блузки и... Только потом замечаю половицу...
Ту, под которой я хранила сверток с деньгами. Я так торопилась, что не вернула ее на место. И
диван не задвинула.
— Так ты все-таки нашла их, дрянь? - голос мужа за спиной дребезжит как натянутая струна. - Мои деньги. Нашла, отвечай?
Глава 22
Катя.
Внутри поднимается волна горькой обиды.. Она набирает силу, превращаясь в девятибалльный шторм... Казалось, я давно замерзла, перегорела, смирилась, однако сейчас едва дышу от сковавшей меня боли.
Он моей слабости хочет? Или страха? Огромный, высоченный мужик, для кого я — всего лишь дрянь... Досадная помеха, которую он вынужден терпеть...
Размахиваюсь и что есть силы бью Юру по лицу. Звук пощечины словно вспарывает тишину комнаты.
— АХ, дрянь? Дрянь я для тебя? Потому что указала на поломку? Так, Юрочка? — кричу, глотая слезы.
Ладошка печет, а на щеке Юры расплывается багряное пятно. Он ошеломлённо молчит, потирая лицо, а потом, собравшись с духом, отвечает:
— Что это за дырка в полу? Ты прятала там что-то? Мои деньги? Так, Катя? Только не смей мне врать!
— А ты не ори! И не пугай ребенка.
