Это было полное безрассудство, и все-таки я не могла смотреть, как гибнет живое существо.
Просто так, из-за прихоти какой-то самонадеянной дуры!
— Ты — конченая идиотка! — это я крикнула Амаре, а вот это уже остальным. — Убирайтесь отсюда, убирайтесь живо, курицы безмозглые!
И бросившись к каменному парапету озера, схватила котика, крепко прижав к груди.
Было так тихо…
Страшно, оглушительно тихо.
Только клубился над озером пар, да вода поблескивала, как слюда…
— Глупая, сумасшедшая Виола, — громко рассмеялся кто-то.
ГЛАВА 44
Неужели они не понимают? Никакого инстинкта самосохранения!
А еще называют меня тупой, как пробка!
Не понимают, не чувствуют — сейчас должно произойти нечто ужасное.
Я пятилась, но делала это очень, очень медленно и осторожно, словно канатоходец по тоненькой ниточке.
Буквально физически ощущала, чуяла — под водой что-то происходило.
— Мадам Шатопер, ваш питомец заставляет себя ждать, — громко прогундосила герцогиня Катринская, придирчиво оглядывая озеро в монокль. — Я прибыла на ваш так называемый тейбл-ток, исключительно дабы узреть обещанное развлечение, но это уже ни в какие ворота не лезет, дорогая моя мадам Шатопер…
Дурында продолжала громко и сварливо ворчать — мол, ее не развлекают.
Морской котик у меня на руках прижался ко мне всем телом, испуганно дрожа.
Он, в отличие от этих великосветских леди, тоже, как и я, чувствовал хищника.
— Женщина, вы, вообще, в себе? — шепотом не выдержала я, не сводя с озера глаз. — Это не питомец, это, черт побери, огромный кровожадный дракон, который слопает нас тут всех в два укуса! Никакое это не развлечение, не шутки. Уходите!
— Да как ты смеешь так непочтительно разговаривать с самой герцогиней Катринской? — закричала Амара. — Не слушайте ее, достопочтенная герцогиня! Она завидует моей популярности, хочет сорвать мое великолепное развлечение. А ну отпусти эту тварь и живо убирайся отсюда, тебя вообще не звали!
Широким шагом, совершенно не боясь и не остерегаясь, мачеха подошла ко мне и попыталась вырвать у меня котика.
Она действовала с такой неожиданной силой и злобой, что у нее это получилось.
Из-за затишья в пещере Амара совсем потеряла бдительность.
Громко шелестя юбками, мачеха подскочила к каменному парапету и грубо швырнула на него животное.
Я тоже бросилась к бортику, предчувствуя беду.
В этот момент он и явился.
Вода прямо передо мной и Амарой разверзлась, явив взору жуткую оскаленную морду почти с меня размером. Драгоценная чешуя дракона блеснула в полумраке пещеры, как облитые слаймом изумруды.
Ноздри дракона, каждая размером с тарелку, испускали пар, а два длинных золотистых уса по бокам морды потянулись ко мне.
Это был монстр! Неудивительно, что у муженька такая жуткая ипостась.