Автор
В этой книге жена неверного инквизитора оказывается запертой в смирительной рубашке и отправляется на неизвестную поездку. Внезапная перемена жизни в обычном фастфуде от попаданки создает непредсказуемую атмосферу смеха, страха и драмы.
Тогда, помня о том, что пообещал Кайзеру объявить меня «блуждающей разумом» любой ценой, Макбрайд расчехлил свои психологические тесты.
Призвав на помощь все свое самообладание, внимательность, память, ум, сообразительность и интуицию, я щелкала эти тесты, как орешки, постоянно проводя параллель между этим и своим миром.
Например, тут тоже существовал тест, очень похожий на тест Роршаха. Так же, как и другие.
Будь Макбрайд по характеру хоть немного похож на Кайзера, думаю, он бы без зазрения совести подтасовал результаты.
Но он оказался болтуном, падким на лесть, которой я осыпала его каждую нашу встречу, нежели сторонником решительных действий, и это сыграло мне на руку.
И вот сейчас я держала в руках свой драгоценный билет на свободу!
– Спасибо дорогой доктор Макбрайд, вы – настоящий профессионал, светило магической психиатрии! Не сомневалась, что вы вынесете единственно верное и правильное решение! – с чувством проговорила я. – Можно вас расцеловать на прощанье?
– Леди Максимилиана, постойте-ка! Есть один нюанс.
Я сделала, как он велел, ожидая подвоха – и не зря…
ГЛАВА 13
На моем запястье оказалась красная нитка, скрепленная металлической пластинкой, на которой было написано...
«Кайзер».
– Это что еще за…?"
"Я очень сильно захотела выругаться матом, но, само собой, сдержалась.
Едва сдержалась.
– Видите ли, какое дело, дорогая моя леди Роуэн. Все-таки какое-то время вы содержались в нашем хм… заведении.
– О, дорогой доктор Макбрайд, если вам так будет спокойнее, то разумеется, – широко улыбнулась я и потрогала браслет.
– Искренне жаль, что вы нас покидаете, леди Роуэн, – помахал на прощанье Макбрайд. – Мне будет не хватать вдумчивых бесед с вами. На моей памяти, вы первая пациентка, с кем было столь приятно вести беседу…
Чертов докторишка!
Едва вышла из кабинета Макбрайда, то захотела тут же порвать наручник, а пластинку с ненавистным именем Кайзера швырнуть в унитаз туалета психушки.
