- Ты очень взрослая для своих юных лет, Мили. Не устаю удивляться.
- Кажется, я отвык от твоей рассудительности за эти дни.
Не спрашивая разрешения, я пересадил жену на колени и поцеловал. Она тут же встрепенулась и уперлась ладонью мне в грудь.
- Руслан, мы в машине, - сообщила она мне невероятную новость.
- Серьезно? - хохотнул я. - Именно поэтому ты все еще одета.
Я сказал это ей на ушко, чтобы не смущать водителя, хотя он видел всякое, работая на моих родителей. Смутилась именно Мили. Она не смотрела на меня, снова зажалась, ее щеки стали красными. Я расцеловал горячую кожу, продолжая шептать: - Это никуда не годится, тонконожка. Ты совсем отвыкла от меня.
- Тебя не было рядом. Совсем, - резонно упрекнула Мили.
- Знаю, Мили. Иногда со мной такое будет случаться. Большие деньги обязывают периодически въебывать.
Она засмеялась. Я воспользовался позитивным моментном и поцеловал жену. Уже через минуту она обняла меня за шею, заерзала, устраиваясь удобнее на моих коленях. Я застонал, прикусывая ее пухлые губки.
Слава богу, в самолете есть спальня.
Нам обязательно нужно уничтожить последние крупицы недопонимания и холодности до приземления в Москве.
Водитель доставил нас на взлетную полосу. Там уже ждала команда. Мы скорее прошли на борт.
- Что-нибудь поесть, Руслан? - спросила проводница Татьяна. Она работала на нашем борту сколько я себя помнил. - Милана, завтрак?
Я позволил жене ответить. Слава Богу, она читала мои мысли и отказалась.
- Нет, спасибо. Пожалуй, я отдохну.
- Покажу, где спальня, - обрадовался я.
Милана прошла в салон, а я задержался у рубки, потому что Таня схватила меня за рукав.
- Хорошая девочка, Русь. При родителях постеснялась тебя поздравить. Можно?
Она раскрыла объятия, и я с удовольствием принял ее поздравления. - Мы все думали, ты никогда не женишься.
- В педики записали, да?
Она не больно шлепнула меня по плечу.
- Ну и выражения, молодой человек. Пристегнись, пожалуйста, при взлете, а потом можешь вести жену отдыхать.
Таня хмыкнула и удалилась в хозяйственную часть. Можно было не спрашивать. Она нас не побеспокоит. С дебильной улыбкой во весь рот я вошел в салон. Мили уже сидела за столиком, смотрела в иллюминатор на взлетную полосу.
- Что это ты такой счастливый? — поинтересовалась она. - Из-за обнимашек с проводницей?
- А ты ревнуешь? Я задрал бровь, наслаждаясь возвращением моей дерзкой Мили.
- Я бы ревновала, возможно, будь ей чуть меньше лет.