Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
А, поняв, смеюсь так, что в уголках глаз выступают слезы.
— Лопатить, значит, перебирать, выискивать нужное, — поясняю смысл сказанной ранее фразы. — Однажды слышала такое, только не могу вспомнить где…
Привираю, а что еще мне остается? Хотя, за последние дни я стала все реже вспоминать о доме и прошлой жизни. Перестала отделяться от Тамани. Сроднилась с ее телом, стала считать его своим. А главное — совершенно забыла об очках, все же к хорошему быстро привыкаешь.
Откликаюсь на имя, забывая настоящее, данное при рождении.
— Останься здесь, — говорю Мине. — В кухню возьму с собою Анри. Попрошу присматривать за соперницами. Пожалуй, даже разрешу воздействовать магически, если кто-то попытается помешать.
Испортить чужое блюдо проще простого. И я больше чем уверена, благородные сати, особенно те, кто сами не блещут кулинарными талантами, обязательно попытаются испортить чужой труд.
— Боюсь, за это вас дисквалифицируют, — замечает Клира. — За причинение вреда одной из невест ваш лекарь может лишиться лицензии.
"— Хорошо, обойдемся без магии, — не сдаюсь я. — Анри наверняка возьмет с собой Киро. Этот филин заменит любой артефакт. Никто ведь не берется предугадать реакцию птицы на жульничество?
— Хитро, — сдержанно смеется Клира. — Думаю, так можно восстановить справедливость. Следуйте за мной, сати Тамани, я проведу вас в кухню и приглашу вашего лекаря Анри. Разумеется, вместе с его филином.
Покуситься на меня или приготовленное мной блюдо не решается ни одна из соперниц.
— В следующий раз будете с позором отчислены, сати Мило, — сообщает распорядитель строгим тоном. — Верховный жрец Инке не потерпит жульничества. Вы же будущие жены, а не мошенницы.
Вот спасибо, удружила так удружила. Будто мало мне было ненависти. После подобных заявлений Инке просто обязан приставить ко мне охрану.
— Анри, вам не кажется, что сати Рисида ведет себя странно? — обращаюсь к лекарю. — Как будто это и не она вовсе.
Словно в доказательство, в это мгновенье платье съезжает с плеча девушки, и на краткий миг становится видна рубашка. Нежно-голубого оттенка.
