Не удивительно, что наутро я поднялась с большим трудом. И то лишь для того, чтобы Нора прекратила суетиться, причитать над ухом и назойливо жужжать, что еще чуть-чуть, и мы с господином опоздаем к завтраку. Бедной камеристке пришлось приложить немалые усилия, чтобы меня расшевелить.
За завтраком Вилмот то и дело с подозрением косился на меня, задавал наводящие вопросы, а потом, не вытерпев, прямо осведомился о самочувствии. Впрочем, этого следовало ожидать. Он хоть и слабый, но все-таки одаренный, и следы магического истощения не мог пропустить. Я держалась стойко, отвечала уклончиво и поставила точку в допросе, сообщив, что у меня дни «женских недомоганий». Мы, метаморфы, так своеобразно на них реагируем.
Теренс отчаянно покраснел, словно сам был женат, по меньшей мере, на фее, у которой подобных проблем попросту не существует, и, наконец, отстал, подарив мне вожделенный покой и тишину.
Голова гудела, как пустой котел, и думать ну вот вообще ни о чем не хотелось: ни о покушениях, ни об отборе, ни о загадочных словах светлейшего после поцелуя. Ни о самом поцелуе. Хотя нет, тут я лукавила. Поцелуй вспоминался, и еще как! Но следом за воспоминаниями моментально накатывала дурнота — хорошо хоть, уже не такая сильная, как прежде.
Пришлось срочно отгораживаться от этих видений и ощущений.
Все, достаточно. Мне и сегодняшней ночи хватило. Больше Белара Вилмот — в моем лице — с инквизитором не то, что целоваться, смотреть на него лишний раз не станет. Даже если он сейчас неожиданно явится с расспросами, приказами и новыми обвинениями.
Но светлейший — к счастью, или к сожалению, я так и не смогла разобраться — не явился. Зато пришел господин Ласант и, собрав всех, кто остался, в общей гостиной, сообщил последние новости и инструкции.
Падение вазы с крыши было признано несчастным случаем. Во избежание лишних пересудов, страхов и паники.
— Королевская служба безопасности провела тщательное расследование. Виновные строго наказаны, балюстрада ремонтируется, — Ласант просто-таки лучился энтузиазмом и верой в правоохранительные органы.
Ну да, конечно. «Стрелочник» пойман, порядок наведен, спите спокойно, дорогие подданные. А о том, что все, на самом деле не так, и дознание продолжается, вам знать не положено.
Присутствующие после слов Ласанта заметно приободрились. Они не догадывались, что покушение не первое, для них речь распорядителя звучала вполне правдоподобно.
А мужчина, между тем, важно продолжал:
— Госпожа Барад чувствует себя гораздо лучше, ее жизни ничего не угрожает, но, как вы сами понимаете, дальше участвовать в отборе она не сможет. Их пара покидает дворец. Что же касается остальных…
Ласант, прищурившись, оглядел нас, как полководец уцелевших солдат перед решающей битвой.