Как они развиваются, чем болеют, как связь между зверем и его носителем влияет на организм человека, меняет его.
Провидцы лишь разводили руками и пачками носили мне древние рукописи из своей библиотеки. Рэй тоже не мог помочь. Во-первых, он не рос вместе со своим драконом и обрел его уже взрослым. Во-вторых, у него и так хватало дел. А совет старейшин, к тому же, упорно твердил, что, если Озантару угодно было вернуть на Атрос драконов, то пора бы восстановить в Сетхаите и династию императоров. Тем более, Нейты — их прямые потомки.
Да и будущий наследник у рода уже имеется. Рэйнарду пока удавалось от них отбиваться, но упрямые, как сто ящеров, старейшины не сдавались.
В общем, лечить драконов в их человеческой ипостаси кроме меня оказалось некому. Наша магия была созвучна, я даже превращалась в некое подобие дракона — правда, с помощью зверя Рэя, и, как многоликая, лучше любого целителя чувствовала и понимала других перевертышей.
Я даже Крысу написала о своих проблемах, доверяя старому магу, как никому другому.
После того, как Ворон стал грандмастером, Крыс отошел от дел и вместе с женой переехал в загородный дом, подальше от городской суеты, но меня консультировал охотно, я бы сказала, увлеченно и с энтузиазмом.
Потом несколько драгхов, один за другим, обрели своих имани, а вместе с ними и драконов, и участь моя была решена.
Детей у истинных за эти годы родилось не так уж много, но работы мне хватало. Я с удовольствием занималась малышами — вместе с провидцами, которые организовали для них школу.
Но все же не оставляла надежды на то, что когда-нибудь на Атросе вновь распахнутся врата миров, и я наконец-то увижу свою Яну. А, может, встречусь с другими метаморфами. Маги Сетхаита не прекращали эксперименты в этой области. Межмировые туннели они пока так и не научились строить, а вот переходы на короткие расстояния уже освоили и даже начали создавать соответствующие амулеты.
Лис, кстати, принимал в этих исследованиях самое непосредственное участие. В академии он увлекся порталостроением и со временем стал одним из ведущих ученых в этой области.
В кармане гулко завибрировал переговорный камень, отрывая меня от воспоминаний.
— Ника, — голос Аделис, моей свекрови, срывался от беспокойства. — Марика обернулась. Только что… Это ведь очень рано, да? Она же еще совсем маленькая.
Старшая леди Нейт растерянно всхлипнула.
— Сейчас приду…
Я отключилась, чтобы тут же связаться с мужем.
— Рэй…
— Уже знаю, — Рэйнард был краток.
