Автор
Закрыв дверь СИЗО за собой, я с облегчением опускаю руки. Эти стены казались гигантскими мешками, скрывающими меня от свободы уже полтора месяца. Но наконец-то свобода возвращается — и это не просто слово или надежда, а реальность, которую можно ощутить в каждом дыхании....
Ничего не лезет при одной только мысли, что я могу быть беременна.
Пока ждём заказ, Влад, сидящий напротив меня, начинает говорить.
Поднимаю взгляд со стакана с водой и волнительно постукиваю по нему пальчиками.
– Лин.
Начинает неожиданно, но не резко. Без агрессии. Ненависти. И всего остального, что до этого было в его голосе.
Господи, как же всё это нервирует.
– Кто тебя шантажировал? Ты видела его лицо? Имя?
И почему он спрашивает это? Разве он не считает меня предательницей? Он ведь думает, что уничтожил те фото.
– Я не знаю, как его зовут, – опускаю взгляд на дрожащие пальцы. Кажется, я бесполезная.
Смотрю на руки и не могу понять – то ли не могу отойти от мысли, что у меня в сумке лежит тест, который может оказаться положительным, или из-за того… Что Вернер начал эту тему.
Она мне нравится, но одновременно нет. Потому что мы вроде нормально говорим, но тем временем… Эта тема пробуждает не лучшие воспоминания в моей жизни…
Глава 8
Тогда, год с небольшим назад, когда моих родителей спалили в оргии, аноним, что заснял это на телефон, не постеснялся раскрыть, что на родителей у него имеется компромат.
Не только для них, но и для меня.
Тогда я только бегала по всевозможным серьёзным кастингам. И плохая репутация мне была ни к чему.
Условие у шантажиста было одно – он хотел, чтобы я пришла в «Сферу» – закрытый клуб для извращенцев. Зачем и почему именно я – не знаю. Ведь мы даже не были знакомы.
У меня был выбор.
Когда он сказал танцевать – я танцевала. Неделю. Только для него. Но, кажется, что-то пошло не по плану. Потому что вместо него мой танец почему-то увидел Влад. И после этого зачем-то начал меня искать.
Как он сказал – понравилась.
Но тот мужчина…
Резко пропал. Что не осталось незамеченным.
Оставил после себя записку.
Тогда я впала в депрессию на несколько месяцев, пока не поняла одного – ничего не происходит.
Не беспокоилась о фото, хоть любое воспоминание о них душило. Сдавливало горло.
И сейчас… Этот мужчина снова появляется в моей жизни.
И хуже всего – у него пополнение в коллекции. И это новшество – я. Да только старое, но неизвестное для меня самой.
Выныриваю из воспоминаний и продолжаю говорить:
– Полного лица не видела. Но думаю, если встречу человека, узнаю его. Голос помню.
Отчётливо.
