А вы, мадам, какое украшение хотите? Я могу вам показать, пока молодожёны выбирают…
— Нет, я не хочу, чтобы меня обслуживали впопыхах, словно я второй сорт! — Цваргиня наморщила носик и демонстративным движением поправила вычурную причёску-башню на голове, отчего несколько крупных заколок полыхнули целой рубиново-сапфировой радугой на свету. — Ещё раз повторяю, вначале подберите гарнитур к моему вечернему платью, а уже потом можете возвращаться ко всяким девкам-беллезам…
Я не знала, что такое «беллеза», но судя по интонациям, что-то не очень хорошее.
— Дорогая, не надо, — попытался успокоить женщину молчавший до сих пор джентльмен.
— Знаете ли, это уже переходит все границы! — внезапно низко зарычал Вейлор. — Сейчас же извинитесь перед моей женой.
— А не то что? — поддела его цваргиня.
В этот момент де Бьён взмахнул рукой, случайно задев менеджера. Он весь день ходил без палки для слепых, носил непроницаемо тёмные очки и вёл себя практически как самый обыкновенный цварг, но именно эта деталь вкупе с лёгким поворотом головы не совсем в ту сторону выдала в нём незрячего.
— О-о-о, так вы слепой?! — изумилась женщина и вдруг расхохоталась. — Ну конечно! Убогий калека благодарит беллезу за оказанные услуги, как я сразу не догадалась!
Вейлор дёрнулся как от пощёчины и побелел. Если до сих пор я была лишь слегка раздражена, то при виде реакции супруга ярость вскипела в крови. Обычно я очень воспитанная девушка и в базарные ссоры-драки не лезу, но когда оскорбляют тех, кто мне нравится…
Каким боком Вейлор вошёл в «тех, кто мне нравится», подумаю потом.
— Знаете что, сударыня, — обратилась я к женщине и ткнула пальцем в её сторону ровно так же невоспитанно, как она тыкала несколько секунд назад в нас. — Лучше быть незрячим, чем продажной молодящейся проституткой!
— Что-о-о? — Моська цваргини вытянулась от изумления, а на щеках проступили чахоточно-красные пятна.
Конечно, я шла ва-банк, но судя по тому, что знала о местных дамочках…
— Ну как же. Вы же не работаете?
— Нет, разумеется! Что за плебейство…
— Думаю, судя по идеальному маникюру, уборка и готовка — тоже не ваше.
— Для этого дворецкий есть!
— Значит, всё так, как я сказала. — Я широко улыбнулась. — Вы хотите, чтобы ваш мужчина купил вам драгоценности за умения в постели. Что это, как не проституция? «Молодящейся» я сказала потому, что у вас морщины вокруг рта сильно проступают, когда вы кривляетесь. Да-да, вот как сейчас.