Ошеломлённый её ответом я погладил большими пальцами мягкий животик, по ментальному колебанию тут же донеслось, что ей щекотно. Эльтонийка мгновенно дотянулась и игриво шлёпнула меня кисточкой хвоста по бедру, и это как будто дало право спуститься пальцами ниже и с силой сжать её ягодицы. Вселенная, какая восхитительная попа!
Не знаю, до чего бы всё дошло, если бы не звук расстёгиваемой ширинки. Габриэлла хотела попасть руками под пояс брюк, и это таки отрезвило похлеще ледяного душа.
Вот что я хотел доказать? Что не боюсь женщин? Что она отпетая мошенница, которая точно не может захотеть незрячего? Эмоции Габриэллы омывали как опьяняющий океан. Или как пары того самого гейзера — жаркого и несущего частички одурманивающего вещества. Дышать было сложно, она совершенно точно хотела меня в эту секунду либо же являлась виртуозной лгуньей… Я же почувствовал себя гадко. Попытался соблазнить женщину ради того, чтобы доказать, что прав. Ну не кретин ли?!
Я мгновенно отстранился.
— Прости, я не должен был.
Дни потекли обычной рекой. Вейлор по утрам уходил на работу и возвращался лишь поздно вечером. С того дня, как он позорно сбежал от меня и недорезанного салата, я вообще перестала что-либо понимать в этом цварге.
От воспоминания о том страстном поцелуе и его пальцах начинало гореть всё тело. Показалось, что мы нормально договорились и всё вот-вот уже случится, как этот — слов не находилось приличных — просто взял и сбежал! Куда? Зачем? Почему?
Больно было ужасно. В первую очередь, моей самооценке…
Я разозлилась и хотела устроить скандал, но на следующий день Вейлор пришёл домой словно выжатый лимон, и мне стало просто жалко его мучить. Ещё через день он вернулся чуть раньше и более бодрым, но, наскоро поужинав, скрылся в спальне со словами, что у него ещё онлайн-конференция с собственником по производству микрочипов с Танорга. Я так и осталась сидеть на кухне с открытым от возмущения ртом. Нет, конечно, Вейлор мне ничего не обещал… Но, по-моему, поговорить начистоту точно стоило!
Ещё через два дня супруг забежал днём на обед и сообщил, что вернётся очень поздно. Как оказалось, основное, за чем он заезжал, — это уточнить, смогу ли я в своих планах выбрать два вечера для совместного выхода в свет. Через неделю был его корпоратив, где бы он хотел появиться со мной на публике, а ещё через две — ужин у его родителей. Первое мероприятие имело фиксированную дату проведения, а второе, если очень надо, он мог подвинуть.