Я так растерялся, что отпустил руки.
Наверное, по законам местной планеты на меня можно было бы подать в суд за изнасилование цварга, но тогда бы я выставила встречный иск за то, что этот самый цварг умудрился возбудить не на шутку, не приходя в сознание. Мне уже было плевать, по каким там надуманным причинам Вейлор опять пошёл на попятный, я просто хотела его и ради этого уже была готова на всё. Гори оно всё синем пламенем!
Стоило опуститься на Вейлора, как весь мир отошёл на второй план. Остро, сладко, пряно, горячо… Я смотрела в его глаза цвета северного сияния и думала о том, что не может быть такой фантастический мужчина настоящим. У эльтониек всегда так: объявится какой-нибудь шикарный экземпляр, как сразу выяснится, что он или женатый, или голубой, или у него нерабочий инструмент, или альфонс, или страдающий от наркозависимости, или, на худой конец, просто на дух не переносящий эльтониек… Ну не бывает свободных-нормальных-роскошных мужиков, которые пасутся в поле «сами по себе»! А тут… как будто я выиграла джек-пот.
Роскошное тело, пальцы, которые заводят с пол-оборота, чувственные губы, умелый язык и потрясающая выдержка в постели.
Может, он врёт и у него всё-таки есть жена? Ах, точно, жена — это я…
Мы тяжело дышали, пытаясь прийти в себя. Лёгкие горели огнём, а по телу разносились отголоски мучительно-сладких судорог. Вейлор привлёк меня к себе, уложил спиной на твердую грудь и поцеловал в макушку.
— Габи, зачем ты всё это затеяла? — тихо произнёс он, правда, упрёка в голосе не было, скорее, сытость получившего тройную порцию сметаны кота. Впрочем, тройную порцию он всё же получил… Цварг обвёл рукой абрис моего лица и добавил: — Ты очень красивая.
Лень растекалась по телу, после усердных физических нагрузок спорить совсем не хотелось, поэтому я ответила:
— А ты себя в зеркале видел?
— Не видел уже много лет, — фыркнул Вейлор, ничуть не обидевшись на бестактный вопрос. — Я же слепой.
— А мне показалось, что слепые у вас тут все вокруг, и особенно цваргини. — Я потянулась и развернулась в кольце его рук. Хотелось смотреть на чёткую линию челюсти, высокий лоб и турмалиновые глаза с сиреневым кантом. Кажется, невероятный цвет последних стал моим личным фетишем.
— То есть это не было никакой проверкой? — уточнил Вейлор, не подозревая, что я получаю эстетический оргазм, рассматривая его лицо вблизи.
— Только если с твоей стороны.
— Не понял. — Цварг даже брови нахмурил.