В этой книге Жена поневоле, читатель окунется в глубокий мир обмана и власти. Продажная жена Багратовой Эрики становится центром интересов влиятельного Соломонова, когда он требует подставную компанию на имя ее имени. Тихая жизнь сменяется драматическими событиями, ведущими к взрывной перестройке обстоятельств....
Похоже, «Жена поневоле» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ты дурно… очень дурно играешь!
Я настолько напугана, что не понимаю, когда он шутит, а когда говорит по-настоящему. Мне страшно и хочется как можно скорее оказаться в руках любимого мужчины.
— Расслабься. Мы вытащим тебя. Если нас не пристрелят, конечно! — «успокаивает» меня Анваров.
Я силюсь вспомнить слова всех известных молитв, чтобы эта заварушка хорошо кончилась для нас…
Глава 44
Через мгновение Анварова не оказывается на кровати. Он обувается и подходит к двери, занимая выжидательную позицию.
— Брось мне пиджак.
Я выполняю его просьбу. Судя по звуку щелчка, Анваров достал пистолет из кармана пиджака.
— Одевайся! Вечеринка окончится в другом месте! — приказывает громко, уже на камеру. Я едва нахожу кружевное бельё, но надеть корсет не получается. Руки трясутся, а крючки слишком мелкие.
— Накинь пиджак. Встань за мной…
Он резко задвигает меня за спину, протягивая ткань. Я утопаю в его пиджаке. Он закрывает меня, словно пальто, болтающееся гораздо ниже задницы.
В коридоре слышится топот ног.
Перестрелка усиливается, становясь сплошной линией огня и шума.
Моя молитва уже меняет тональность. Я уже не прошу небеса спасти всех, молю лишь о том, чтобы потери были минимальными.
Когда наступает тишина, гулкая и безжалостная, давящая на перепонки, я уже едва могу дышать.
Шорох решительных шагов прокатывается до меня штормовой волной. Сноп света врывается в комнату, ослепляя.
— Эрика, девочка моя… — сильные руки подхватывают меня, окутывая знакомым, родным теплом любимого мужчины.
Я цепляюсь за него изо всех сил, не веря, что всё закончилось.
— Всё хорошо. Теперь точно всё хорошо, — убеждает меня Багратов, успокаивая меня ласковыми и мягкими интонациями. Он осматривает меня, проверяя, всё ли со мной в порядке.
Распахнув пиджак, хмурится, поняв, что на мне из одежды только трусики. Вертикальная морщина прорезывает его лоб. Он оборачивается и резко бросает брату, подошедшему незаметно.
— Какого чёрта? Мы так не договаривались.
