Героиня оказывается в теле опороченной княжны XIX века после загадывания желания. Брошенная женихом и отвергнутая обществом, она получает неожиданную помощь от графа Зотова. Сможет ли девушка найти счастье в чужом времени и доверить сердце загадочному графу?
Что делать-то, не знаю! Слышал, Софья Андриановна вчерась роды у старостиной снохи принимала. Может, вы посмотрите, барыня?
— Что с ней? — напряглась я, собираясь с мыслями.
— Тошнит со вчерашнего дня, а ночью проснулась, говорит, живот болит, — руки у слуги тряслись от перенапряжения. Скачка во весь опор несколько часов кряду сказалась на его физическом состоянии.
— Константин, дело серьёзное, — поджала я губы, посмотрев на мужа. — Лиза может потерять ребёнка.
— Хорошо, пойду распоряжусь, чтобы карету готовили, — кивнул граф, сдвинув брови.
Я бросилась в дом за вещами. Навстречу мне попалась горничная.
— Настасья! Срочно помоги мне собраться в дорогу! — резко приказала я и побежала к лестнице.
Глава 22. В Ильинском
В Ильинское я отправилась вместе с горничной. Граф остался в Дивном, у него были срочные дела с управляющим. Константин обещал примчаться сразу, как только всё уладит.
Мы ехали в карете по ухабам где-то час. Лошадей кучер не щадил, и меня от тряски слегка укачало, но главное, о чём я думала, — лишь бы мы успели в поместье. Хорошо, что Ильинское находилось по соседству.
Когда мы въехали через ворота, я сразу оценила, в каком порядке находятся сад и дом. Видно крепкую хозяйскую руку графа. Усадьба была намного больше, чем в Дивном. Дом просторнее и выше, с красивым портиком в античном стиле. Слуги заметили подъезжащую карету и спешно вышли встречать нас.
— Где Елизавета Владимировна? Ведите меня к ней! — обратилась я к вышколенному дворецкому, как только вышла из кареты. И крепко сжала ручку саквояжа, который накануне подарила мне матушка.
— Вы кто? — опешил высокий дворецкий в идеальной ливрее, вмиг забыв все правила хорошего тона. — Простите, сударыня. Как вас представить?
— Осип, болван! Это Софья Андриановна, молодая графиня Зотова! — спешился посыльный, который приехал за мной в Дивное. — Она прибыла помочь барыне!
Дворецкий сконфуженно пробормотал мне в спину: «Милости прошу».
А я уже влетела в вестибюль.
— Софья? Ты что тут делаешь? — Андрей спускался по лестнице. Под его глазами залегли синяки, видимо, не спал всю ночь вместе с женой.
— Добрый день, Андрей Александрович, — подняла я подбородок. — Вашей жене плохо, я приехала помочь ей.
— Архип? Ты кого привёз? Где Пётр Савельевич? — зло прошипел брат моего мужа.
— Барин, простите великодушно! Нету Петра Савельевича в Омске! — торопливо объяснялся слуга. — И больше ни один лекарь не согласился ехать.
