В новом мире, где власть магов царит над живыми существами, мир меняется в одночасье. Только что обычная женщина превращается в невиданную жертву изнурительного противостояния — ее семья и дом исчезают без следа. Теперь она вынуждена бежать от опасности, не смеяясь на собственные страдания, чтобы выжить и сохранить свою душу....
— Глупая девчонка! — Верисель сделал шаг вперед, нависая надо мной. Прямо за нашей дверью раздались голоса, поэтому советник добавил шепотом. — С моей стороны это была не просьба. Или ты идешь со мной добровольно, или я просто перекину тебя через плечо и понесу.
Интересно, он так и представляет себе нашу вероятную совместную жизнь? Да уж, всю жизнь мечтала, чтобы мне указывали, что и как делать, а чуть что не так — через плечо и… что там дальше? Ах да, превратить меня в послушную марионетку он уже обещал.
Кстати, а почему Верисель треплется, вместо того, чтобы просто сделать так, как угрожает? Дерилу он обмолвился, что повелитель эльфов обладает властью над подданными и те обязаны подчиняться приказам. Любопытно,… а вот что насчет приказов повелительницы?
Не попробую — не узнаю.
— Иди, Верисель, — я положила руки советнику на плечи и легонько оттолкнула его. — Забирай Дерила и телепортируйся отсюда. Не предпринимай ничего против Тайронира.
Советник повелителя некоторое время смотрел на меня, не шевелясь. Его голубые глаза, казалось, заледенели от едва сдерживаемой злости.
Отмереть его заставил громкий голос из-за двери:
— Открывай!
Верисель сделал шаг назад, схватил Дерила за плечо и растаял в воздухе.
А я без сил опустилась на кровать.
В комнату шагнул стражник, затем еще один.
Следом вошел Тайронир.
— Ленариэль! Слава богине, ты жива! Но как, скажи на милость, ты оказалась здесь?!
Я смотрела на повелителя эльфов и как никогда хотела,… чтобы в этом мире у меня был хоть один,… пусть будет эльф, которому я смогла бы все рассказать.
Разговор с Дерилом, противостояние с Вериселем не только истощили морально, но и вытянули из меня все силы.
А я ведь беременна, мне нужно беречь себя. Хотя бы ради самого драгоценного, что у меня есть сейчас — ребенка.
Спрятав лицо в ладонях, я неожиданно для себя разрыдалась.
Было впечатление, что организм разом решил сбросить весь стресс, что накопился в нем за последнее время. Все-таки пережила я больше, чем достаточно для моей выдержки, и могу позволить себе небольшую разрядку.
