Автор
Вероника вздрогнула, услышав знакомый голос — он точно не Иларангу. Ее тело сразу отреагировало на эту встречу: холодок сковал спину, а дыхание застряло в горле. В голове кипела паника и недоумение — как этот незнакомец попал в ее постель? Атмосфера была напряженной, будто обнаружившийся сон перешел в реальность за считанные мгновения....
Капельница часа на три, значит нас никто точно беспокоить не будет. А ты давай–ка поспи. Откинься в креслице, возьми плед и поспи как следует. А я тебе колыбельную спою. Как в детстве, помнишь?
– Это запрещенный прием, – я кивнула, сдерживая нахлынувшие эмоции.
– Так что? Ангела? Или Засыпай?
– Давай ангела, – закусила губу, стараясь не разреветься.
Хоть и русский рок сложно было назвать колыбельными, но в далеком детстве лучше всего я засыпала именно под «тяжелые» хиты девяностых.
Отец откинулся на подушки и хрипло запел, задумчиво глядя куда–то вдаль, будто сквозь больничные стены. Я подобрала ноги на кресло и, прикрыв веки, свернулась калачиком. Голос отца все такой же будто молодой звучал, унося меня прочь из стен больницы. В далекое беззаботное детство, пахнущее какао, мандаринами и шарлоткой, которую готовили каждую субботу. Туда, где отец был здоров
Вот все бы отдала, чтобы не было больше этих капельниц, бесконечной чреды больниц… А затем в памяти ожил спокойный женский голос «Я могу тебе помочь».
И время будто замерло. Даже дышать стало тяжелее. Разлепила веки и тут же встретилась взглядом с самой собой! Но это же был сон?! Или… нет?!
Мы все так же находились в больничной палате. Фальшивая «Я» замерла рядом с постелью отца. Ее пальцы касались его лба и от этих прикосновений его серая кожа свежела, прерывистое дыхание выравнивалось.
«Я согласна» – ответила без раздумий и тут же ощутила сильный удар в грудь. «Хорошо, – голос стал тише, звучал будто сквозь стену. – Частично я передам тебе свои знания о моем мире». А в следующее мгновение мир поплыл перед глазами. Меня будто запихнули в барабан стиральной машинки. А в голове зазвучал тихий едва слышный голос «Надеюсь, тебе удастся выжить…»
Ага. Теперь стало немного яснее.
