"
"— Среди Тайра есть верные нам люди. Они говорят, что Такао посулили помолвку Ханами с Нанаши. Она должна состояться через несколько недель — в поместье Тайра. Твой отец заслуживает смерть за свое предательство. И я хочу занести над ним меч.
— Он больше не мой отец, — Наоми резко вскинула голову.
— И ты должна быть рядом со мной.
Она перевела на него опустошенный взгляд, впервые посмотрев прямо в глаза. Кенджи легко угадал вопрос, который она так и не решилась задать.
— Тогда это будет казнь, а не убийство, — сказал он.
Наоми была слишком расстроена, чтобы вникать в сказанное. Она смогла лишь понуро кивнуть, не очень-то понимая, почему для Кенджи-самы было важно именно казнить ее отца. По большему счету, ей было все равно.
Она не могла ни думать, ни говорить. Перед глазами плясали темные пятна, а во рту появилась горечь.
— Я сделаю, как вы скажете, — тоскливо отозвалась она.
Глава 26. Решения, которые мы принимаем
Нарамаро быстро шел, почти бежал по мощенной дорожке. Он только что вышел от Хиаши-самы и сейчас спешил отыскать Фухито. Его мысли путались, а услышанное во время короткой беседы никак не желало складываться в единую картину.
Он приехал в поместье Фудзивара в полном неведении — верно, разминулся с посланником, что вез дурные вести. Совсем скоро их получит Кенджи-сама.
«Хорошо, что Акико этого не застала», — думал он с горечью. Она очень любила брата, и Нарамаро мог представить, как огорчило бы ее случившееся.
Он свернул вглубь сада и почти сразу же увидел Фухито. Тот сидел в деревянной беседке и любовался цветущими деревьями, на которые падали косые солнечные лучи. Его неубранные волосы ниспадали почти до пояса, и приблизившись, Нарамаро понял, что впервые видит старого друга без привычной катаны на поясе.
— Я рад, что ты приехал, — Фухито, уловив шум позади себя, повернулся к нему и улыбнулся уголками губ.
Нарамаро удивился — таким спокойным, расслабленным он выглядел.
«Это не спокойствие, — понял он почти сразу же. — Он смирился с судьбой».
— Я ничего не знал. Хиаши-сама отправил весть Кенджи-саме лишь накануне.
Он подошел к Фухито и стиснул его плечо.
— Она спасла нас, Нарамаро, — помолчав, произнес тот. — Я не смог.
«Кто бы смог?!»
— Она не заслужила казни, — хрипло сказал Татибана и опустился на скамью рядом с ним.
Ветер шевелил цветущие ветви вокруг них, и на землю, окруженную лучами солнца, медленно опускались белые лепестки.
— Я рад, что ты приехал, — повторил Фухито. — Мне понадобится помощь друга.
Нарамаро покосился на него с недоумением, а спустя мгновение, догадавшись, вздрогнул и яростно мотнул головой.
— Нет! Ты не можешь просить меня о таком.
— Только тебя и могу, — Фухито равнодушно повел плечом, словно то, что они обсуждали, ни коим образом его не касалось.