Автор
На рисунках Номинары — любимой дочери владыки Киото — проступает необычайное умиротворение. А Наоми, ее заботливая жена-дама, погруженная в свой творческий мир, старательно рисует иероглиф «отчуждение». Кисточка для туши в специальной подставке — обычное приспособление, но сегодня оно становится ключом к загадочному предназначению его владельца.
Похоже, «Жена самурая (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Сегодня тебе к ней нельзя, — Такеши посмотрел на дочь.
Когда Хоши что-то не нравилось, или она чем-то возмущалась, или же считала что-то несправедливым, то становилась удивительно похожей на свою мать, несмотря на то, что цвет волос и глаз ей достался от отца.
— Но почему, отец?! — вот и сейчас у нее на щеках выступили два круглых пятнышка румянца. Точно такой же румянец появлялся у Наоми в минуты их нечастных споров.
— Достаточно того, что я так сказал.
— Это нечестно! — вновь воскликнула девочка, которую ответ Такеши лишь сильнее раззадорил.
— Я тебе запрещаю. Ослушаешься — накажу.
— Ты не справедлив, отец! — в сердцах бросила Хоши и, сверкнув обиженным взглядом, бросилась по коридору прочь.
Мисаки проводила убежавшую девочку грустным взглядом и, наскоро поклонившись господину, заспешила к Наоми-сан."
"Такеши медленно продолжил свой путь по коридору. Ему предстояло отправить несколько неприятных писем и, не раскрывая правды, объяснить, почему его не будет на встрече бакуфу в Камакуре, которая должна состояться через несколько дней. И сообщить Хиаши-саме, что Томоэ задержится в поместье Фудзивара еще на несколько недель — Такеши собирался забрать девочку с собой после собрания бакуфу, но теперь все его планы пошли прахом. Он мог бы поехать в Камакуру — сейчас здоровью Наоми уже ничего не угрожало. Мог бы, но чувствовал, что должен остаться. Что его место сейчас в поместье.
Проходя сквозь одну из комнат, он бросил взгляд в окно и увидел Хоши. Его дочь неслась по двору, не разбирая дороги и не видя ничего перед собой. Она едва не врезалась в самурая, которого заметила и обогнула лишь в самый последний момент. Девочка бежала, задрав до пояса кимоно, из-под которого выглядывали широкие штаны-хакама.
Такеши нахмурился. Хоши не должна носиться по поместью, словно служанка. И столь ярко проявлять свои эмоции, так сильно злиться тоже не должна. Он поговорит с ней во время вечерней трапезы — в очередной раз.
На столе в комнате, в которой он занимался делами поместья, его дожидалась гора скрепленных печатями свитков — утренние письма. Опустившись перед низким столом на колени, Такеши бегло просмотрел их и отложил в сторону большую часть, даже не сорвав печатей. Из Камакуры пришли указы за подписью Нарамаро, которые принимались при его непосредственном участии, и сообщения о назначении новых советников для Императора и Сёгуна, о чем Такеши также знал.
