А еще там, в самом сердце города, находился единственный в мире действующий храм Ираты. И я была твердо намерена его посетить. Причем, в само ближайшее время.
Карета двигалась медленно, словно специально давая нам время прийти в себя. А в этом, судя по всему, нуждалась не только я.
Алистер вел себя очень странно... необычно. Не насмешничал, не язвил, не расспрашивал в своей привычной манере, пытаясь поймать на чем-либо. Лишь когда экипаж тронулся, поинтересовался:
— Ты в порядке?
Получил короткий, сдержанный кивок в ответ и замолчал, погрузившись в собственные размышления. На меня он больше так ни разу и не взглянул, даже чуть развернулся вполоборота, будто отгораживаясь. И казался сосредоточенным, пожалуй даже, озадаченным.
Так мы и ехали, разместившись по разным углам и уставившись каждый в свое окно. Не знаю, что рассматривал Вэйден, а меня постепенно полностью увлекло то, что происходило на улицах Стакки, оттеснив все остальные мысли на задний план.
Я впервые видела результаты работы целой команды магов-иллюзионистов. И это, действительно, потрясало.
Город был наполнен волшебством... нет, он просто-напросто дышал им.
В воздухе кружилась невесомая золотистая пыльца, вспыхивавшая в лучах закатного солнца разноцветными искрами — от этого казалось, что с неба на землю падают тысячи крохотных звездочек. И юные леди, гулявшие по улицам вместе с мужьями и женихами, весело смеясь, подставляли им свои ладони.
Парочек на улицах вообще было на удивление много. Нарядные, улыбающиеся, довольные, они, здесь, в Стакке, словно забыли о том, что нужно сдержанно, чопорно себя вести, и просто наслаждались жизнью. Неторопливо прогуливались, с любопытством разглядывали то, что творится вокруг, и время от времени останавливались, чтобы полюбоваться на ту или иную диковинку.
Больше всего зрителей собирали живые иллюзии, встречавшиеся почти на каждом шагу — на перекрестках, в скверах, на площадках между домами, даже в палисадниках. Романтические сценки из истории, легенд и мифов этого мира. Я не очень хорошо знала предания Сеота, но это не мешало мне любоваться «живыми картинками», мимо которых мы проезжали.
Вот маг — юный, но очень отважный, судя по сурово сведенным бровям и непреклонному выражению лица — накинул воздушную петлю на шею дракона, предварительно обездвижив его, и тянет из пещеры наружу, а за спиной ящера виднеется тоже юная и очень испуганная принцесса.
Легкий ветерок треплет длинные густые волосы юноши, раздувает его красный плащ, девушка что-то шепчет, и у меня вдруг мелькает мысль, что она совсем не рада спасению. А еще мне очень жалко дракона. Может, потому, что эти разумные рептилии давно истреблены на Сеоте, все, до одного. Даже в местную красную книгу заносить некого.