И прежде, чем рванувшийся вперед Эгнар успел ее остановить, женщина склонила голову, подтверждая догадку Вэйдэна…
Герцогу понадобилось минут пять, чтобы убедить хозяина кабинета, что в данный момент его супруге никто и ничего не угрожает. Затем мы разместились в креслах — не у стола, у окна, выходившего на маленький внутренний дворик, — и госпожа Гьин начала свой рассказ.
— Я из Друара, как вы уже догадались, из семьи «посвященных богине». Все женщины нашего рода веками служили Ирате. Так было, так есть, и так будет, пока бьется сердце последней из нас…
Я смотрела на Тамсин — такую хрупкую, слабую на вид, ловила каждое ее слово, и передо мной разворачивалась непростая история жриц забытой богини. Жриц без храмов, без верующих, даже без права свободно прославлять свою покровительницу.
— В Друаре, как нигде в мире, силен культ Гинны, а Ирата считается богиней отступницей, предательницей, — женщина грустно усмехнулась. — Нам запрещено открыто проводить ритуалы, говорить с людьми о нашей вере, помогать им. У нас отняли все, даже священные деревья, которые росли в заповедной роще. Окружили ее охранным кольцом чужой магии, а сами… Именно служители богини-матери додумались делать из плодов сетаха яд. Дурманящий, ломающий волю и чувства. Мы же всегда использовали лишь пыльцу, и то в малых дозах. Сюда я привезла именно ее.
— А как вы вообще оказались здесь, да еще с этой самой пыльцой? — не выдержала я.
— О, тут все просто. Я всегда мечтала посетить последний действующий храм Ираты. Не просто увидеть — жить рядом. Родные помогли мне переехать в Стакку и, разумеется, я взяла с собой священный сетах, как же иначе? Слава Ирате, тайные схроны остались нетронутыми, и старых запасов пока хватает.
Да уж, иначе никак. Настоящие жрицы богини Любви, судя по всему, без этого магического ингредиента даже за ворота не выходят.
— Я хотела служить в здешнем храме, но встреча с Эгнаром изменила мои планы… Любовь с первого взгляда. Та, о которой мечтают все служительницы богини, — Тамсин нежно улыбнулась мужу. — Я стала женой, матерью, помогала супругу во всем, но и жрицей быть не перестала. Поэтому и уговорила его…
Она запнулась, во взгляде ее мелькнуло отчаяние.
— Теперь у тебя неприятности, Эгни. Из-за меня.
— Тами… — успокаивающе пророкотал Гьин.
— Я подвела тебя, — женщина стиснула руки и заговорила горячо, взволнованно, снова обращаясь к Алистеру: — Но, поверьте, я не могла иначе. Сетах… настоящий сетах — не яд, а дар богини новобрачным. Как же его не использовать? Он дает молодоженам возможность лучше почувствовать друг друга, осознать, что они — единое целое. Отбросить все ненужное, наносное. Глупые обиды, недопонимания, предубеждения… А тут такой повод.