— Отвечаешь за нее, — проронил он скупо, не сводя глаз с Алистера.
И тот так же коротко ответил:
— Знаю.
Дорога, во время которой мы, по большей части, молчали, думая каждый о своем. Охранный мост-артефакт, ведущий через озеро ко дворцу. Стражники, пропускавшие нас без проверки, стоило им заметить герцога. Все тот же домик в глубине сада, видимо, служивший правителю Аглона для приватных встреч. И, наконец, знакомая комната и сидящий в кресле у письменного стола король. Все, как в первый раз, с той лишь разницей, что сейчас с нами не было Лоттера и Цинтии.
— Ну, что, госпожа Сеигир, не изменили своего мнения? — поинтересовался Тимир, когда я, осторожно подбирая слова, закончила рассказывать о том, что произошло в Стакке. — Может, все-таки перейдете на службу в тайную канцелярию? По-моему, у вас с герцогом неплохо получается. Даже, я бы сказал, блестяще. Обещаю, вам не придется жалеть о сделанном выборе.
— Благодарю за щедрое предложение, ваше величество, — я с трудом заставила себя смотреть прямо на короля, и не отвела взгляд, даже, когда почувствовала, как начинают подрагивать губы и холодеть кончики пальцев. — Но я предпочла бы остаться в своей гильдии. Под руководством господина Лоттера.
— Хм… Упрямство, конечно, хорошая черта, но не всегда полезная и безопасная…
Лицо короля потемнело. Он склонил голову набок, изучая меня, а потом повернулся к Вэйдену.
— А ты что молчишь, Ал? Как считаешь, нам вдвоем удастся убедить несговорчивую и такую отважную госпожу Сеигир? — произнес он после некоторого молчания, и слово «убедить» в его устах прозвучало, почти как «заставить».
— Считаю, что она имеет право решать сама, — прозвучал твердый ответ, и герцог шагнул вперед, останавливаясь рядом со мной, почти вплотную. Что, разумеется, не укрылось от внимания Тимира.
— Вот как… — протянул он задумчиво и… удовлетворенно, словно мы с Вэйденом только что прошли какой-то важный тест. — Что ж, не буду настаивать. Пока… Раз уж вы, Раянна, опять отвергли мое предложение, надеюсь, награду принять не откажетесь? Я обязан вам спасением названной сестры ее величества, и хотел бы отблагодарить, пожаловав титул баронессы и прилагающиеся к нему земли.
И король откинулся на спинку кресла, наслаждаясь произведенным эффектом, но глядел при этом почему-то не на меня, а на Алистера.
А эффект был, и еще какой. Одно дело — простолюдинка «госпожа Сеигир» и совсем другое — баронесса. Я прекрасно понимала, что присвоение титула повлечет за собой неизбежную дополнительную проверку. Причем, проверять будут не только меня, но и всю мою «семью», начиная с дедушки-отшельника и заканчивая самыми дальними родственниками, живыми и ныне покойными.