Только время на отдых и разговор с той служительницей, которую упоминала Поли. А дальше Хилберт собирался отвезти её обратно в Шадоурик, чтобы заняться Тейном Мейером. Возможно, снова придётся вернуться в Волнпик.
Они как можно более скрытно прошли на тот постоялый двор, где остановилась Полина со спутниками. Неведомо как Дине узнала об их приезде – и прибежала тут же, почти обезумевшая от волнения.
– Где вы пропали? Твои люди вернулись без тебя, Хил! Я тут чуть с ума не сошла! – Она налетела встрёпанной птичкой, готовая заклевать его.
Не насмерть, разумеется: клюв не отрастила ещё – но вполне ощутимо. Конечно, сестрица волновалась и за раненого Алдрика – и всё это вкупе накручивало её ещё больше.
– Нам пришлось переночевать в другом месте, – коротко пояснил Хилберт. – Но теперь мы здесь, не волнуйся.
Дине нахмурилась, разглядывая его подозрительно, а потом перевела взгляд на Полину, которая, скорей всего, невольно спрятала от неё взгляд. Лицо сестры чуть разгладилось, как будто она о чём-то догадалась – и пришлось выпроводить её поскорей, попросив распорядиться в харчевне насчёт обеда. После почти безвкусной каши, съеденной ещё рано утром на мельнице, есть хотелось невыносимо.
Как только Дине ушла, Полина достала из своего дорожного сундука стопку писем, перевязанных обычной бечёвкой. Они выглядели весьма потрёпанными, будто их перечитывали не один раз. Хилберт принял их и взвесил в ладони: тяжёлые. Конечно, это просто кажется, но на каждом этом пожелтевшем листке большой груз прошлого. Не только Эдит, но и её сестры. И дома ван Бергов – потому как всё то, что касалось девиц дер Энтин, касалось и его тоже. Уж слишком плотно переплелись их судьбы.
– Я прочитала их все, – проговорила Полина задумчиво. – После того, как любовник Эдит дезертировал, они не разорвали связь. Я думаю, это он их писал.
– Значит, она продолжала встречаться с ним, но при этом они с Паулине всё же решили оболгать отца. – Хилберт провёл языком по нёбу, чувствуя липкую горечь во рту.
– Получается, так. – Девушка развела руками.
Она смотрела на Хилберта так вдумчиво, спокойно, будто на самом деле жалела его, но не хотела это показать. Понимала, что будет неприятно. Хоть столько лет прошло, а всё равно пятно минувшего никак не отмоется. Может, это никогда уже не случится.
– Лукас был химерой. – Хилберт приоткрыл было уголок одного конверта, но закрыл вновь. Читать эти письма не хотелось. – И он был связан со многими Изгнанными. Приторговывал потрохами порождений.
