В темном зале, где свет отражается от магического кинжала у горла, сердце Николетты стучит как никогда быстро. Она почти фыркнула от собственных мыслей о жарке и ожогах, не замечая угрозы смертельной близости кинжала. Это написано Женаты по договору — повествование о мире призраков и опасностях, где каждое слово важно в игре жизни и смерти....
— Люблю, — шептала ему я, совсем не боясь и не стесняясь своих чувств, вновь и вновь падая в бездну запретных удовольствий, выкрикивая его имя."
"Уже потом, значительно позже, отдышавшись, я лежала в его руках, почти провалившись в сон, и чувствовала, как горячая, слегка шершавая ладонь осторожно накрыла мой живот.
— Я думал, эта жизнь для меня навсегда закрыта. Всегда чужой, всегда один на страже нашего мира, — прошептал он, зарываясь лицом в мои волосы и ласково целуя куда-то в макушку.
— Жалеешь? — сонно спросила у него.
Тихий смешок.
— Никогда. — Поцелуй в висок. — Ты самый главный мой подарок в этой жизни. Кто бы мог подумать, что маленькая девочка, так похожая и совсем не похожая на Ариенн, сможет свести с ума, околдовать, очаровать, перевернуть весь мой мир, прочно заняв место в сердце.
— Скажи спасибо, что я сама попросила жениться на мне. Иначе ничего бы не случилось.
— Думаешь, я позволил бы тебе жить без меня? — усмехнулся муж, убирая волосы в сторону и нежно целуя в обнажённое плечо.
Легкая дрожь тут же прошлась по коже, заставляя закрыть глаза и мягко улыбнуться.
— Ты же не знал, что я та самая.
— А может и знал, — отозвался он и его пальцы принялись чертить легкие узоры на моем животе. — Но боялся себе признаться. Я непременно бы понял и уж точно не позволил бы тебе уйти.
— Знаешь, — я вздохнула, поворачиваясь к нему. — Страшно представить, что если бы не все это… похищение отца, печать, борьба за власть, я бы сейчас готовилась к свадьбе с Филиппом.
— Я бы выкрал тебя из дома.
— Ты бы так не поступил, — уверенно произнесла я, невесомо касаясь его лица, обрисовывая каждую черточку, которая стала такой родной.
— Думаешь?
— Ты бы позволил мне сделать выбор.
— Ты слишком хорошего обо мне мнения, — усмехнулся он и, слегка повернув голову, поцеловал мою ладошку.
— Я просто люблю тебя. Больше всего на свете.
Мейнор резко подался вперед, быстро накрывая мои губы своими в колком, немного болезненном поцелуе. Почти сразу отстранившись, прижался лбом к моему и глухо прорычал:
— Ник… прошу, уезжай отсюда.
— Нет, — ответила я, отстраняясь и выбираясь из плена его рук.
