В темном зале, где свет отражается от магического кинжала у горла, сердце Николетты стучит как никогда быстро. Она почти фыркнула от собственных мыслей о жарке и ожогах, не замечая угрозы смертельной близости кинжала. Это написано Женаты по договору — повествование о мире призраков и опасностях, где каждое слово важно в игре жизни и смерти....
Муж медленно повернул голову, а потом вновь взглянул на Брэндона.
— Ну же, давай, рогатый, убей меня, — сплевывая на пол кровь, потребовал кузен.
— Мейнор, прошу…
— Ты же не пойдешь на поводу у какой-то девчонки, не так ли? Убей меня, Мейн-оир. Ты же хочешь этого. Хочешь уничтожить зло, которое создало тебе столько проблем, притащило в ваш идеальный мир монстров Пустоты. Убей меня! Это несложно. Я же не первый погибну от твоих рук. Убей! — снова выкрикнул он.
Я замерла, прекрасно понимая, что остановить мужа не смогу.
— Я никогда ни у кого не иду на поводу, — твердо произнес Мейнор, склоняясь над поверженным врагом и глядя ему прямо в глаза. — Но Ник не какая-то девчонка, она моя жизнь. Знаешь, почему она просит о снисхождении к тебе?
Брэндон молчал.
— Это не слабость. Сила. Ник любит тебя, несмотря на то, какую боль ты ей причинил, сколько зла сделал и что сотворил с её отцом. Она любит тебя и верит, что где-то в глубине твоей прогнившей души остался её брат, её семья.
Мейнор поднял меч, а я невольно зажмурилась, до крови закусывая губу.
«Неужели?…»
Я даже подумать не могла о таком, не то что представить.
Затаив дыхание вслушивалась в звуки, пытаясь сквозь кряхтение Безликого понять, что происходит.
— Если ты и умрешь, Брэндон Дэрринг, то не от моей руки, — раздался голос Мейнора, а потом непонятный звон и крик кузена."
"Открыв глаза, я увидела, как толстые золотые магические цепи сковали руки за спиной Брэндона, не давая ему даже шанса вырваться, заставляя выть от бессилия.
Мейнор обернулся и начал двигаться в мою сторону.
Только на меня опять не смотрел, сосредоточившись на Безликом, который еще шевелился, пытаясь спрятаться в тени.
Подняв меч, демон с противным шлепком вонзил его в самую гущу чёрной субстанции. Безликий даже не сопротивлялся, с тихим шелестом осыпавшись пеплом.
И только тогда туман пал, позволяя мне выбраться из-под его удушающей защиты, я тут же бросилась к мужу, повиснув на нем и жарко зашептала, глотая слезы: — Прости меня… прости, пожалуйста.
Он застыл, будто окаменев. А потом осторожно и очень медленно положил руки на мою талию. Еще не обнимая, но точно и не отталкивая.
Я снова всхлипнула, прошептав:
— Прости. Я так люблю тебя.
И Мейнор дрогнул, прижав так, что у меня кости захрустели и дыхание прервалось.
— Никогда! Никогда не делай так больше, Ник!
Я закивала, шмыгая носом.
