В темном зале, где свет отражается от магического кинжала у горла, сердце Николетты стучит как никогда быстро. Она почти фыркнула от собственных мыслей о жарке и ожогах, не замечая угрозы смертельной близости кинжала. Это написано Женаты по договору — повествование о мире призраков и опасностях, где каждое слово важно в игре жизни и смерти....
— Герцогиня Альбери, — ядовито процедил Даллар, стоило мне войти в кабинет. — Явились?
— Доброго дня, гордин Даллар, — отозвалась я, решительно проходя в глубь комнаты и снимая на ходу перчатки.
— Доброго? — коротко хохотнул он. — Как вы смели явиться в мой дом? Как посмели мне угрожать?
— Мне нужно встретиться с Алессой.
— Нет! Вы больше никогда не подойдёте к моей дочери!
— Послушайте…
Но слова мне не дали."
"— Нет, это вы меня послушайте! То, что вы герцогиня и принадлежите к старейшей семье, не означает, что вам все позволено!
— Я не ду…
— Мне стоило запретить Алессе с вами общаться! Стоило настоять! Я знал, что дружба с вами не закончится добром.
— Не говорите глупости! — отрезала я, хоть и вздрогнула от его слов.
Как же сильно он меня ненавидит.
И есть за что.
— Мне плевать на ваши угрозы, герцогиня. Хотите меня уничтожить — пожалуйста. Но к дочери я вас больше не допущу.
— Я хочу лишь поговорить…
— Нет! Больше никаких разговоров! Никогда!
— Я могу помочь…
— Вы лишь ухудшите и без того плохое состояние!
— Дайте лишь попрощаться.
— Да! Из-за вас! Из-за вас мне надо срочно увезти собственную дочь. Из-за вас и тех интриг, что окружают вас.
— Слушайте…! — вскрикнула я, отчаянно пытаясь сдержаться.
И тут произошло нечто совсем неожиданное.
— Папа, — раздался тихий голос.
Мы тут же прекратили наш спор и быстро посмотрели на Алессу, которая застыла в дверном проеме.
Я едва сдержалась, до крови прикусив губу.
От мой веселой, вечно неунывающей подруги почти ничего не осталось.
Перед нами стояла бледная копия яркой и жизнерадостной Лесс: худенькая, с темными кругами, побледневшими губами и пустым взглядом когда-то лучистых глаз.
— Лесс, — прошептала я чуть слышно, чувствуя, как от непролитых слез начали щипать глаза.
Даллар успел раньше.
Выскочил из-за стола и бросился вперед, мгновенно став между нами.
— Не смейте! Я запрещаю! — нервно вскрикнул он.
— Папа, — едва слышно произнесла Алесса, но мы услышали. — Не надо…
— Дорогая, все будет хорошо! — в отчаянье прокричал Даллар, оборачиваясь к дочери.
— Пять минут. Всего лишь пять минут. Дай нам поговорить.
— Но, девочка моя…
— Я прошу тебя.
Я все это время стояла не шевелясь, боясь хоть как-то спугнуть их.
— Хорошо, — наконец сдался Даллар. Пять минут. Я буду за дверью.
