— Стоит только почувствовать свободу и дорваться до мужика, так голова отключается. Вы забываете о долге, семье. Да, все больше убеждаюсь, что правила не зря придумали. Нельзя вам, бабам, разрешать силой пользоваться. Не достойны вы этого.
У меня было много доводов, чтобы возразить ему, доказать, как он сильно ошибается.
Мы ничем не хуже мужчин. Я смогла залатать трещину. Сама! Одна! Разве это не говорит о многом?
Я многое могла, но молчала, ожидая продолжения. Он все равно меня не услышит и не поймет.
— Предала семью, и ради кого?
— Я не предавала, — прошептала в ответ.
Нет, он не сломал меня. Я еще готова была побороться.
— Вот сейчас и проверим. У меня для тебя новости, Лирин, — произнес Финне Монрей, подходя к столу и усаживаясь в свое массивное кресло.
Чужое имя больно резануло по ушам.
— Какие? — покорно спросила я.
— Сообщаю тебе, что неделю назад во время очередного прорыва трагически погибла Айрин Монрей.
Дядя взял какую-то бумажку со стола и продемонстрировал мне.
— Жаль, ты не успела на похороны. Красивые были, столько слов сказано, — издевательски усмехаясь, продолжил он. — Жаль, что они не имеют ничего общего с такой двуличной тварью, как ты.
А ко мне наконец вернулась способность разговаривать.
— Ч-что? — просипела я, чувствуя, как от шока подкашиваются ноги. — Какие похороны? Я жива!
— Ты теперь Лирин Монрей. Запомни хорошенько. Теперь это твое имя. Навсегда.
— Но зачем?
Я все-таки добралась до кресла и осторожно села, потирая дрожащими руками ноющую шею.
Много различных вариантов было мною рассмотрено. Но чтобы вот так? Взять и разом уничтожить меня! Убить, похоронить? И ради чего?
— Императору уже сообщили. И Хоторнам тоже.
«Все… он сообщил всем, что я мертва…»
— Но это неправда, — выдохнула я и, набравшись сил, громко произнесла: — Я жива!
— Тише! — прикрикнул дядя. — Сиди и слушай. Три дня назад я получил письмо от твоего мужа. Он выражает свои соболезнования, принимает мои извинения.
— Извинения? — эхом повторила я, уже не в силах совладать с дрожью, которая болезненными судорогами прокатывалась по телу.
В голове только одна мысль:
«Я мертва! Мертва! Мертва! Для всех. Для родителей, братьев… Для Коннора».
— А также готов получить в качестве компенсации другую жену, — продолжил Финне Монрей.
Каждая фраза дяди заставляла кровь в ушах биться все громче и громче. Еще немного, и оглохну. Или, может, умру раньше от разрыва сердца.
— Тебя, Лирин. Тебя Коннор Хоторн хочет в жены. И Император твою кандидатуру одобрил.
Я не понимала.
Ничего не понимала.
«Зачем все это? Для чего? В чем смысл? Может, дядя просто сошел с ума?»
Но кое-что мне было предельно ясно. Что бы глава ни придумал, я в этом участвовать не стану!
— Нет.