В магическом мире опаданца ждёт не простая судьба — спасти мир от грозящих бедствий. Но тяга к новому и шанс стать частью раинских звёзд слишком сильна, чтобы отказаться. На тропе пути он встречает аристократические семейства и участвует в опасных интригах, но неожиданно находит спутников — друзей и даже возлюбленную, заставляющую задуматься о новых возможностях....
А ведь скоро мне вручат личные земли и под моим началом окажется ещё больше людей…
С удовольствием притормозил бы или даже кое от чего избавился, но нельзя. Все эти приготовления, связанные с тем, что через пару лет начнутся большие войны. Совсем скоро те же разборки британцев с американцами и австралийцами перейдут в более серьёзные конфликты, полыхнёт Африка. Про гражданскую войну в Индии не нужно забывать. Веселуха, одним словом.
И где-то как раз за границей пропадает мой наставник, будь он неладен. Чем же именно он занимается если не вернулся в Империю пока тут решался вопрос с изменниками? И хотя было бы неплохо, чтобы он вернулся и наконец-то занялся моим обучением, магия разума у меня всё ещё крайне слабенькая, но также хотелось оттянуть нашу новую встречу.
Глава 24
Суд на Разумовским длился всего два часа. Этого хватило, чтобы зачитать основную часть обвинения и вынести ему смертный приговор.
Казематы… Ну что про них можно сказать? Представьте себе мрачное подземелье с кандалами, клетками и прочими «удобствами» подобных тюрем. Самое подходящее местечко для того, чтобы держать тут своих врагов. Хватит парочки дней, чтобы начать скучать о солнечном свете.
При этом у Разумовского была этакая «элитная» камера. Тут была койка, сортир и даже стол со стулом. К последнему предмету мебели и был привязан здешний постоялец.
— Вот мы и снова встретились, князь, — сказал я.
Разумовский выглядел плохо. Нет, я бы даже сказал хреново. Последние несколько дней он провёл в казематах у Романовых. И видимо никто с ним особо не церемонился раз князь, поправочка — бывший князь, находится в таком состоянии. Вот что бывает, когда посылаешь убийц убить члена царствующего рода. То, что у него ещё все конечности при нём, можно считать большой удачей.
— Прошу… Не надо… — Едва смог произнести Разумовский. — Прошу…
— Не бойтесь, я не буду вас мучить.
