Привязанность к новой спутнице начинается с тренировок, где главный герой разминает свои мысли о неожиданном приглашении из университета. Страх и растерянность накрывают его, но он готовится стать мужем и моралистом одновременно.
В итоге мне пообещали приготовить новые, правда в обмен на пирожки.
Слушая Лекса, я поняла, что любовь к пирожкам грозит перерасти в манию, но ведь мания — не всегда плохо? Учитывая специфику профессии моего истинного, пирожки могут стать лишним поводом возвращаться домой живым и невредимым.
Если так, то буду развивать талант.
* * *Мы поженились через три недели, прямо в академии.
Позже была вторая свадьба — по всем традициям, в замке семьи Аргрос.
В качестве свадебного подарка муж преподнёс колье и браслеты, которые идеально подходили к подаренным ранее бриллиантовым серьгам.
После свадьбы состоялся переезд в поместье, и очередная, на этот раз неформальная, встреча с дядей. Мы беседовали втроём, и довольно долго. Лорд Эртрай объяснял, как и для чего империя хочет использовать мой дар.
Я понимала и была согласна. Мы договорились о способах связи и прочем.
Очень многое обсудили, все возможные детали.
"Я слушала, запоминала, но каюсь — в этом разговоре больше полагалась на память Лекса. Просто прямо сейчас мне было не поручений и политики. У меня начиналась та самая, предначертанная в видениях жизнь.
Муж. Его объятия, поцелуи и всё то, что в академии я получала лишь урывками.
А ещё у меня оставалась одна маленькая тайна — моя способность пересылать Лексу сны.
Я могла признаться, но не спешила. Держала свою способность как припрятанный в рукаве козырь. Но Лекс, негодяй, раскусил меня после первой и единственной крупной ссоры.
Даже не вспомню почему мы повздорили! Была какая-то ерунда, плёвое недопонимание, но мы оба надулись и объявили друг другу бойкот.
Лекс держался как скала, а мне было сложно. Первый день молчания стал чем-то жутким, а второй невыносимым. Тогда-то я и устроила мужу очень весёлую ночь.
За ней — вторую. А потом и третью… После которой виконт Аргрос не выдержал и вломился в мою спальню на рассвете. Прижал к кровати и начал… примирительный акт.
Потом было всё! Так хорошо, так сладко, так жарко… И вот когда взаимное напряжение спало, до Лекса дошло.
Объективно это было ничем не обоснованное озарение, и я могла наврать, что не имею отношения к одолевшим мужа видениям. Но я прокололась. Увы, я начала хохотать.
Лекс был ужасно возмущён, аж покраснел! Но просил продолжать, присылать такие сны почаще.
А ещё заявил:
— Ты куда более сумасшедшая, чем я.
