— Мама теперь снова с тобой, и мама тебя не бросит!
— Даже у брачного ложа, — хмыкнула я, закидывая в рот орешек. — Да, Бриен, свезло тебе… как покойнику.
Бриен, конечно же, меня не слышал, так что от вида матери просиял и поспешил, влекомый призраком, прочь из этого коридора. А вот пирожные оставил, очень удачно!
Пока я размышляла, свернуться ли мне в кресле под пледом и попробовать подремать, пока орешки не подействовали, или же сходить за пирожными в коридор, там появилось новое действующее лицо.
Вот уж кого я совершенно не ожидала тут увидеть!
Клементина! Грустная, одетая куда менее открыто, чем совсем недавно. Ее красивые локоны были убраны ы высокий хвост, а под юбками мелькали сапожки. Она куда-то собралась посреди ночи? Но как! Купол же закрыт!"
"Я успела передумать целую кучу вариантов от того, что Клементина реально виновница всего этого бардака и хозяйка вампира, и нашла способ вырваться за пределы купола, и до того, что Даррен всё-таки претворил угрозу в реальность и планирует выкинуть ее из дома уже сегодня.
Не то, чтобы я планировала долго об этом горевать. Поймите меня правильно, Клементина мне нравилась. Как человек, законник и может даже бухгалтер, но мне категорически не нравилась она как девушка, которая видела голым Даррена!
Тем не менее, Клементина не прошла мимо моей двери, а остановилась прямо напротив. Ближе к моему укрытию, чем к спальне Кристанс.
— Иссабелия, ты меня слышишь? — начала Клементина и тут заметила пирожные.
— О! ты, наверное, не одна.
Я даже ногти искусала, пытаясь представить, что там в голове у Клементины. Она считала, что я могу так обуяться страстью к нытику-жениху, чтобы оставить снаружи пирожные? Плохого же она обо мне мнения!
— Я даже рада, — голос Клементины окреп и стал громче, так что я забеспокоилась, нет ли в этом коридоре других спален местных приживалок и приживальцев. — Я расскажу вам обоим. Про то, почему я работаю на Гастионов, и про то, почему я мечтаю выйти замуж за Бриена, хоть и старше его на три года.
Теперь-то что, теперь поздно.
Она помолчала и продолжила:
— Раз вы там вдвоем, значит, вас можно поздравить с обручением. Не очень праздничным, но всё-таки самым настоящим. Бриен не мог упустить дочь Астаросских, а тебе, Иссабелия, сложно отказаться от такого, как он.
Она вытерла лицо рукой. Мне со спины не было видно, но она что, плачет⁈
Я отбросила плед.
