Взрывной мир СИ жанра: язык идет против вас — самая главная опасность. Маги, как бы ты ни думал, они живы всегда. В этом мире ночью между могил скрываются злые духи, а лопата в руках — не гарантия от ужасов под гробом. Кто осмелился вскрыть тайну, найдет себя среди мертвых.
Да, мне хотелось быть некроманткой и не хватало силы, но, если бы не это — я бы и не переживала о своей магии. Травницы и алхимики точно этим не морочатся и замуж выскакивают только так.
— В хорошую семью перейти сложно, — пояснила Клементина, видя мое недоумение. — Как тебе известно, наверное, в королевском роду наследование идет по женской линии, и некоторые приближенные рода хотели бы поступать так же, но ты видишь результат.
Она обвела руками вокруг и пояснила:
— Никто не пойдет в мой род.
Она взяла еще одну пироженку, а я принялась за третью, впервые всерьез задумавшись о том, кто где главный. Астаросские были равны как в браке, так и в бою или в семье — в последнем они оба принимали минимальное участие. И я никогда не задумывалась о том, кто наследует первым. Гастионы были оба мужского пола и сестер у них не было.
— К счастью, в моем роду стихийников есть амулет, который питает меня, — продолжила Клементина. — И я произвожу впечатление средне сильной магички. Но он не сможет поддерживать меня вечно, поэтому меня хотели выдать замуж поскорее.
— Обманом, то есть, — поддержала разговор я.
Клементина опустила голову.
— Я не хотела обманом, я хотела по любви, — пролепетала она. — А перед свадьбой я бы рассказала про амулет, правда! Но Гастионы и сами оба сильные, им можно слабую магически жену.
— Да я заметила уже, — кисло ответила я и потрясла браслет на запястье. Держится как влитой, зараза! Не продашь даже.
Клементина вспыхнула.
— Меня с детства готовили к королевской службе законником, — пояснила она, стараясь не смотреть на мой браслет. — Раз уж сильного мага из меня не вышло. Родители никогда не говорили мне о том, что я хуже других.
— Тогда зачем тебе Даррен и почему ты позволяешь Остию тебя щупать⁈ — не удержалась я. Мне отчаянно хотелось пить после сладких пирожных и оттого терпение заканчивалось.
— Это случайно происходит, — проблеяла Клементина. — Я не хочу, но оно получается!
— Раздевайся, — мне пришла в голову одна мысль, и требовалось немедленно проверить ее.
