И его бес потирал ручки и суетливо бегал по плечу даже больше, чем до этого. — И то не всех. Я же теперь ее жених. А институт брака священен для всех. Особенно для этих.
Он кивком указал на меня и шепотом добавил:
— Святых инквизиторов.
Театральный шепот привел меня в чувство.
— А ничего, что я еще здесь и не оглохла? — сварливо спросила я. — Совсем страх потеряли!"
"Я щелкнула пальцами. Обычно я это делала просто по дурной привычке. Звук щелчка ужасно раздражал монахинь, которые служили монастырю, при котором я выросла.
Родителям вечно было некогда, так что видела я их лишь по многочисленным церковным праздникам. А праздников хоть и было много, но недостаточно, чтобы я прониклась идеологией нашего воинственного государства.
Только в этот раз от щелчка у меня на пальцах возник факел высотой в две ладони.
— А-а-а! Священный огонь! — заорал только что бывший совершенно спокойным Бриен и рухнул на пол.
— Он обычно не такой дерганный, это после похорон заживо, — вынужден был заступиться за своего брата Даррен.
— Белка, настоящий могильный огонь! Как!
Огонь и впрямь был зеленый, кладбищенский. Не грел, а больше холодил пальцы.
— Бабка ваша из-под клумбы силу передала, — я пожала плечами и решила наябедничать. — Я теперь рядом с вами бесов вижу!
— Бесов? — Даррен уже совсем успокоился и, казалось, забыл про то, что я из семьи инквизиторов. Только верилось в это с трудом. Для любого мага инквизиторы — опасные фанатики и убийцы. При этом из-за их относительно небольшого количества, инквизиторы были практически неприкасаемыми.
Это придумал прошлый король.
Он заявил, что драконов мы охраняем от людей, хотя драконы иногда жгут поля, магов и жрут девушек. А инквизиторы, которых после войн с их маленьким, но воинственным государством, осталось совсем немного, почему не охраняем? Они хотя бы не едят магов!
Я говорю «мы» и «их», потому что себя считаю магом. Слабеньким, да. Но магом. Но суть не в этом, а в том, что инквизитора можно убить только при реальной опасности для своей жизни.
А тут уже беда новая. Маги же почти все задаваки и гордецы. Особенно сильные. Признать, что какой-то инквизитор без магии опасен для твоей жизни — да лучше умереть! Они и умирали, потому что в инквизиторском государстве таких сантиментов не понимали. Так что теперь, когда Даррен знал, что мои родители инквизиторы, он наверняка не сможет это забыть. Тем более, что в их инквизиторском государстве не было как таковых короля и королевы.
