Взрывной мир СИ жанра: язык идет против вас — самая главная опасность. Маги, как бы ты ни думал, они живы всегда. В этом мире ночью между могил скрываются злые духи, а лопата в руках — не гарантия от ужасов под гробом. Кто осмелился вскрыть тайну, найдет себя среди мертвых.
Одно хорошо — подглядывать за нами ей теперь будет некогда. Да и в доме женская рука нужна. Не моя, а нормальная такая. Которая в хозяйстве больших особняков разбирается, а не с какой стороны лопату держать.
Опять же, сейчас сначала разыщет всех слуг, а потом и найдет нужную или нужного, который Клементину отравить пытался.
Я поняла, что непозволительно долго не видела Клементину, когда Арриена в своей ругани дошла до Остия. Вот уж кому досталось за дело! Но слушать, скольких служанок в доме он лишил наивности, я не собиралась и, чуть прихрамывая, двинулась к выходу.
— Стоять! — рявкнула Арриена, и я подпрыгнула на месте. Она это мне или своим сыновьям? К сожалению, похоже, что мне. Смотрела призрак в упор на меня, не отвертишься.
— Я вам еще нужна, госпожа Гастион? — вежливо спросила я, ковыряя носком туфли каменный пол.
— Сама не чуешь? — загробным голосом произнесла Арриена. — Убийство здесь произошло!
Очень впечатляюще прозвучало, тетки сразу в обморок повалились, Остий их обеих пытался понять, ну и жадность мага погубила — так и погребли они его своими не слишком пышными телами.
— У вас тут куда взгляд не кинь — везде убийство произошло, — проворчала я. — Тут уже найти место, где никого не упокоили — вот что сложно.
— Фамильных драгоценностей в склепе нет, так что найдешь если что — твое будет, — куда-то словно в сторону произнесла Арриена, и я немедленно поудобнее перехватила лопату.
— Хорошо, чего бы не помочь в благом деле, — пояснила я ногам Остия, потому как Даррен и Бриен в пояснениях не нуждались.
— Мама, но я лучший некромант столицы! — возмутился Даррен. — Я уступаю только Звояру!
— Чудесно, милый, — немного рассеянно ответила Арриена, словно к чему-то прислушиваясь. — Если Иссабелия нечаянно поднимет кого-нибудь из дедушек, ты наверняка упокоишь их лучше всех. Но убийства чует именно она.
Сил нет как приятно такое слышать! И очень не хотелось после такого представления попасть впросак.
Я медленно прошла мимо гробов, обращая внимания только на те, где крышки были непыльные или неровно лежали.
Но мертвячке, которая взывала ко мне, было ужасно некомфортно находиться здесь. На нее давили стены, снобизм соседей. Ей было совсем не место в этой усыпальнице!
— Чужачка, — прошептала я себе под нос. — Твое место на городском кладбище, бедная.
С этими словами я подошла к гробу и с помощью рычага — лопаты сдвинула крышку.
На меня глядели остекленевшие четыре глаза.
