Автор
Темные очки сумали заставили сердце биться быстрее при виде красивой женщины-управляющей. Она отвернулась, пряча свою эмоцию, но не стала скрывать привлекательную улыбку для официантки на тайском языке. Усталый взгляд облетел команду, показывая, что работа — это медленная мучительная смерть для таких как она.
— Спасибо, дальше я сам… Занимайтесь своей работой.
Быстрыми шагами преодолев коридор, толкнул плечом дверь в кабинет дяди и, не дожидаясь, пока он поднимет глаза на меня, бросил документы на стол и, оперевшись руками о его край, испытывающе посмотрел на родственника. Какие на этот раз будут оправдания?
— Я все объясню, — спохватился Петр, прочистив горло. — Технически мы не сделали ничего противозаконного, просто немного покрутили стоимость оборудования и…
— Как в тот раз, когда нас проверка чуть не прикрыла, да? — пресек его речь. — Зачем вообще нужны эти махинации? Мы и без них неплохо зарабатываем! — вспылил я.
— Но… — попытался поспорить дядя, однако я не желал его слушать.
В вопросах прозрачности бизнеса наши с ним мнения всегда расходились.
— Значит, так, — грозно протянул я, чувствуя, как начинает ныть голова. — Я разрываю договор с Судьбиным и прекращаю любое сотрудничество с ним. И самостоятельно займусь поиском нового поставщика оборудования…
— Что скажет твоя благоверная, когда узнает, что ты лишил ее семью крупного источника дохода, — ехидно прищурился Вепрев.
Знает же, как ударить по больному месту. Дядя прав, Марина в очередной раз поймет все неправильно и обидится. Но разве мне привыкать?
— Хватит Судьбину той суммы, что я отдал за его падчерицу. Перебьется, — холодно отчеканил я, хотя внутри все же сомневался. — А ты в следующий раз сто раз подумай прежде, чем предпринимать что-то за моей спиной, — исподлобья посмотрел на Вепрева. — Это последнее предупреждение. Я не посмотрю на то, что ты мой дядя… — резко развернулся, направляясь к двери.
— Это твоя благодарность за все, что я сделал для тебя? — сильно ударил он меня своей фразой. — Спасибо, — ядовито выплюнул вслед.
Ничего не сказав в ответ, я вышел из кабинета, хлопнув дверью. Никто не смеет манипулировать мной, тем более пытаясь давить на родственные чувства.
И если минуту назад меня еще терзали сомнения, то теперь я твердо решил: Судьбина на пушечный выстрел к своей клинике не подпущу, а за Вепревым буду пристально следить. Не хотят по-хорошему — будет по-Углицки!
* * *Несмотря на плохое расположение духа, я все же провел обход в клинике и принял нескольких пациентов. Я давно научился разграничивать чувства и долг. Эта «сверхспособность» выручает во многих ситуациях.
Домой возвращался затемно. Стоило мне преодолеть автоматические ворота и въехать во двор, как я сразу заметил в сумерках знакомую фигуру.
