Автор
Темные очки сумали заставили сердце биться быстрее при виде красивой женщины-управляющей. Она отвернулась, пряча свою эмоцию, но не стала скрывать привлекательную улыбку для официантки на тайском языке. Усталый взгляд облетел команду, показывая, что работа — это медленная мучительная смерть для таких как она....
Я даже представить не могла, насколько ему сложно было сдерживать себя, загоняя тигра обратно в клетку.
При этом лицо его было таким напряженным, словно он чувствовал мою боль, пропускал ее через себя, желал забрать, но не мог…
— Прости, ведьмочка, — зашептал, покрывая мое лицо поцелуями. — Я не знал… не думал, — касаясь губами моей шеи, уговаривал меня. — Расслабься, родная.
Не прекращал целовать меня и поглаживать по голове, будто приручая и пытаясь отвлечь. Признаться, у него неплохо это получалось.
Я постепенно сдавалась под напором желанных ласк, и даже слегка обняла Влада, таким невинным действием сподвигая его на большее…
Но стоило мужу слабо толкнуться во мне, как низ живота опять прострелило резкой болью.
— Влад, не хочу, отпусти, — не выдержала я, мотая головой и царапая ногтями его грудь.
Он остановился, но не послушался. Вместо этого трепетно провел рукой по моему животу, спускаясь вниз, словно успокаивая, и возвращаясь обратно.
Наклонился и прильнул губами к моей груди, срывая отчаянные стоны. Тело молниеносно откликнулось на ласки мужа, будто только этого и ждало. Знакомый жар возвращался ко мне, пламенной лавой распространяясь внутри.
Влад прошелся поцелуями вверх и, достигнув шеи, провел языком по коже, которая мгновенно покрылась мурашками.
— Нет, — с хрипотцой выдохнул мне в ухо, вынуждая импульсивно податься ему навстречу. — Теперь уже точно не отпущу.
Постепенно привыкая к моему мужчине, сама потянулась за поцелуем, надеясь найти в нем спасение.
Испугавшись, шепнула «прости» и скользнула языком по нанесенной ране.
«Заслужил», — улыбнулся муж, запуская руку в мои волосы и с нежностью всматриваясь в лицо.
Влад старался быть предельно осторожным и непривычно мягким со мной. Его поцелуи дурманили разум, а прикосновения родных рук отзывались приятными покалываниями в теле.
Почувствовав, что я принимаю его, муж задвигался увереннее, неистовее, срывая мои стоны, переходящие в крики. Я не могла себя сдерживать рядом с ним. И не хотела…
Невыносимый контраст боли и наслаждения медленно погружал меня в пучину сумасшествия. Я то вздрагивала от дискомфорта, то выгибалась от ласк мужа, не понимая, чего хочу больше: отдаться ему без остатка или сбежать, куда глаза глядят.
