Автор
Темные очки сумали заставили сердце биться быстрее при виде красивой женщины-управляющей. Она отвернулась, пряча свою эмоцию, но не стала скрывать привлекательную улыбку для официантки на тайском языке. Усталый взгляд облетел команду, показывая, что работа — это медленная мучительная смерть для таких как она....
Честно говоря, мне не хотелось, чтобы из-за меня Влад рисковал, поэтому я помогла принять ему единственно верное решение, ухватив его за сгиб локтя и придерживая.
— Нет, стой… — голос сорвался от пережитых эмоций, поэтому прозвучал умоляюще.
От моего действия взгляд Углицкого стал только жестче и злее, наполняясь огнем и грозя испепелить все вокруг.
— Скажи мне его фамилию, — разделяя слова, процедил Влад.
— Зачем? — ахнула я, на всякий случай не отпуская его руки.
— Я подумаю, что с ним можно сделать, — эти слова прозвучали несколько двусмысленно.
— Не надо, — шепнула я и отрицательно покачала головой.
Перспектива вычеркнуть Олега из своей жизни, безусловно, привлекала, но не настолько, чтобы втягивать Влада в мутное болото, которое я же и развела, и добавлять ему лишних проблем. Однако Углицкий трактовал мой отказ по-своему.
— Твоя любовь настолько слепа, что после всего, что натворил этот подонок, ты продолжаешь прикрывать его? — яростно прорычал он, даже не пытаясь сдерживать эмоции.
Что-то внутри надорвалось, словно струна, лопаясь и больно полосуя сердце, а из глаз брызнули слезы. События последних недель волнами накатывали на меня, не давая даже сделать вдох, захлестывая сознание и унося его в водоворот отчаяния. Закрыла лицо ладонями, мысленно ругая себя за то, что показала свою слабость, но уже не могла остановить рыдания.
Надо взять себя в руки, немедленно! Однако вместо этого я лишь громко всхлипнула.
Влад же, как обычно, молчал, и я порадовалась, что сквозь пелену слез не могла видеть его лица, которое наверняка было спрятано под холодной, снисходительной маской.
Каким же было мое удивление, когда он рывком притянул меня ближе, заключая в объятия. Судорожно вздохнула, цепляясь руками в лацканы его расстегнутого пальто, и послушно уложила голову на вздымающуюся мужскую грудь.
Это было странно, неожиданно, но почему-то до боли знакомо. Пронзающее душу острое чувство дежавю. Мистика какая-то!
— Не плачь из-за подонка, — тихо произнес Влад, не совсем верно понимая причины моего срыва, и вдруг… провел рукой по моим волосам, словно успокаивая обиженного ребенка.
От этого, казалось бы, ничего не значащего жеста Дракулы я вздрогнула.
