Кузина бы либо упала в обморок, либо рассмеялась. Она любила повторять, что, когда ситуация становится абсурдной, Вайолет выглядит комичной. Но Вайолет, оказавшейся в гуще абсурдных событий, было почему-то не до смеха.
Она последовала за хозяином дома на улицу. Он ждал на верхней ступеньке, чтобы помочь ей спуститься. Вдруг Вайолет заметила тачку с камнями, которой раньше во дворе не было.
– Вы добывали руду? – удивленно спросила она.
– Почему бы и нет? В отличие от некоторых я использую дневной свет для работы.
Морган прозрачно намекал на то, что Вайолет проспала бо́льшую часть дня. В его голосе сквозила ирония.
– Я думала, что вы до вечера будете распаковывать припасы.
– Я ничего не распаковываю, а беру прямо из корзин или ящиков то, что мне нужно, – заявил Морган и спустился с веранды на землю.
Вайолет была разочарована: он так и не помог ей одолеть высокие ступеньки. Но внезапно он бросил через плечо:
– Пришлось потратить две крепкие доски.
«О чем это он?» – озадаченно подумала Вайолет и только тут заметила, что Морган соорудил перила у ступенек, пока она спала. Ему самому они были не нужны, иначе уже давно стояли бы здесь, значит, он сделал поручни для нее и теперь сетовал по этому поводу.
Вайолет была поражена его поступком.
– Спасибо, – промолвила она, не в силах сдержать улыбку.
Морган остановился, чтобы подождать ее, и, увидев, что она положила руку на перила, кивнул. Сейчас Вайолет заметила, что мулы пасутся по обе стороны от ручья. Забор пересекал его и терялся за деревьями.
– На этом участке забора тоже есть колокольчики? – спросила она.
Морган кивнул, и Вайолет стала размышлять вслух:
– Мне кажется, колокольчики можно аккуратно срезать и спокойно, без шума, перелезть через забор. Собака была бы здесь намного полезней, она залаяла бы сразу же при приближении злоумышленника.
В ответ Морган громко свистнул, как будто подзывал собаку. Вайолет решила, что это шутка. Они спустились по склону к воротам, через которые въехали недавно на территорию участка. Здесь стояла лошадь Моргана.
– Почему ваш мерин не пасется с мулами? – поинтересовалась Вайолет. – Или это жеребец?
– Нет, если бы Цезарь был жеребцом, он натворил бы много бед. Почему он здесь? Я не хочу рисковать единственным средством передвижения. Мне приходится запирать его на ночь в руднике. Я вырубил там небольшую пещеру для него. Конечно, это не благоустроенное стойло, но оно спасает Цезаря от зимних холодов.