Со всеми этими макаронами, спагетти, равиоли, тертым сыром пармезан, другими вкусностями и великолепными итальянскими винами различных сортов. Где-то там осталась могила Степана...
Я летела в Москву и верила в то, что я еще обязательно вернусь в эту многообразную, роскошную, но достаточно скромную страну, которая славится своей любовью к прекрасному, шумными торжествами и праздниками. Эта страна, в которую всегда хочется возвращаться...
– Надя, а вы не хотите ответить еще буквально на несколько вопросов? – Журналистка снова включила диктофон.
– Пожалуйста, хватит вопросов.
– Поймите, это моя работа.
– А вы хоть немного поймите меня.
– Расскажите о характере Омута.
– У него был прекрасный характер.
– Вы хотите сказать, что встретили идеального мужчину?
– Идеальных мужчин не бывает, но в Степане меня все устраивало.
– Он вам хоть раз угрожал?
– Нет, – категорично ответила я.
– Может быть, он грубо с вами обращался?
– Я же сказала, что нет.
– А может, он был жесток в сексе? Вы не наблюдали в нем каких-нибудь извращений?
– У нас были прекрасные и гармоничные отношения.
– А вы не могли бы дать мне несколько ваших совместных фотографий?
– Нет. Мы редко фотографировались.
– Но хоть одну фотографию?
– Нет. Это наш личный архив.
– Неужели в вашей совместной жизни все было настолько безоблачно? Имелось ли в вашем доме оружие?
Я отвела от себя руку журналистки и процедила сквозь зубы:
– Если ты сейчас от меня не отвалишь, я нажму в самолете стоп-кран и сойду. Если бы ты знала, как меня уже достала...
– Надя, я оценила ваше чувство юмора, – нервно улыбнулась девушка. – Теперь я вижу, что вы не такая белая и пушистая, какой стараетесь казаться. Вы с Омутом два сапога пара.
– А я и никогда не сомневалась в том, что мы два сапога пара.
Видимо, журналистка поняла, что из меня больше не вытянешь даже слова и, спрятав свой диктофон, взяла журнал и демонстративно отвернулась от меня.
Я вновь закрыла глаза и принялась думать теперь уже не о Степане, а об Омуте... Мне тяжело было думать о том, что Степан и Омут – одно лицо. Получается, что заботливый и благородный Степан в прошлой жизни был самым настоящим убийцей.
Из телевизионных новостей и газет я часто слышала о киллерах, и само это слово всегда вызывало у меня неприязнь и страх.
Заказные убийства происходят почти каждый день. Они уже давно никого не удивляют, не вызывают паники. Я никогда не задумывалась над тем, какая же психология должна быть у киллеров. Как же самого себя нужно перебороть, чтобы настроиться на убийство?
Киллер должен быть снайпером. Он делает контрольный выстрел, чтобы удостовериться, что человек действительно убит. Киллеры чаще всего убивают в подъездах домов, в загородных домах и автомобилях.