Автор
В Женских играх Юлии Шиловой жизнь главной героини превращается в бесконечную серию выборов и отступлений. Удачная корпоративщица, казалось бы, всегда знает, что делать, но все больше вещей исчезают с ее жизнью — как из рук, так и из сердца. Пролог рассказывает о предстоящем осеннем дефиле в Париже и выборах среди подруг, которые разрушают ее жизнь до основания....
Н-не знаю…
– А что ты знаешь?
Вместо ответа я опустилась на колени и стала ползать по ковру, рассматривая то место, чуть более часа назад лежала мертвая домработница.
Игорь ходил за мной, как привязанный, изрыгая ругательства:
– И угораздило меня связаться с тобой дура ненормальная! Спектакль решила устроить! Мальчика нашла!
Я не слушала его. Я вглядывалась в багрово-красные ворсинки, пытаясь отыскать следы крови. Тщетно. Был бы ковер белый, а так.
И обои багрово-красные… Они меня всегда раздражали. «Кровавая спальня для гостей», – вспомнились слова Шурика.
И все же я нашла кровь. Она была на подоконнике. Подоконник, к счастью, был сделан из светло-серого мрамора, гладкого, как стекло. На первый взгляд он выглядел первозданно чистым. Но я догадалась наклониться и посмотреть, что под ним. Там-то и оказались нестертые бурые потеки.
– Посмотри, видишь кровь? – Мой голос звучал ликующе.
Сохраняя безразличный вид, Игорь поскреб ногтем по пятну.
– Ну и что? – сказал он.
– Но это же кровь, кровь! Она принадлежит Тане. Тут, наверное, много крови. Просто ее цвет сливается с цветом спальни.
– Эта кровь еще ни о чем не говорит.
В конце концов, кто-то из гостей мог порезать руку, От обиды я чуть не заплакала.
– Неужели ты мне не веришь?
– А почему я должен тебе верить, если ты просишь помочь избавиться от трупа, которого нет.
– Когда я уходила, Татьяна была мертва. Она умерла на моих глазах. У нее пульса не было!
– Ну-ну, – усмехнулся Игорь и издевательски зевнул.
– Послушай, я не сумасшедшая! Я нормальная! Я просто не знаю, куда подевался труп! громко закричала я. – А может, она ожила? Говорят, покойники ночью оживают. – Подстегнутая собственными словами, я выскочила из спальни и стала метаться по дому, зовя: Таня! Ты где?!
Дверь в комнату домработницы была приоткрыта. Сквозь неширокую щель пробивался свет.
От страха у меня подкосились ноги. Но я все же решила войти.
Комната была пуста. Сумки на журнальном столике не оказалось.
– Вот напасть-то, – закричала я. – Сумки тоже нет…
– Какой еще сумки?
– Ну, той, где лежали диктофон, сканер и видеокамера.
– Вот что, подруга, давай я тебе врача вызову. – Игорь говорил спокойно, как будто ничего не случилось. Но лучше бы он орал, настолько чудовищными были его слова.
