Автор
В руки героя приходит необъятное поместье с древней кровью и близкой к исчезновению дворянским титулом. Но его задача еще сложнее: убедить императора-внучку Ленина принять вандалистский род, чтобы спасти клан от репрессий Сталина и Троцкого. Атмосфера книги остротой кинжала вонзается в сердце читателя, создавая напряженную тревожную атмосферу в центре борьбы за выживание и власть в непростой эпохе....
— Ну, Саш, это обязательно уточнять? — она наконец отпустила мой халат и признала: — Да, больше.
— Как приятно! Прошу к столу, — я пропустил ее к дивану.
Мы ели ее любимый марокканский салат и каре ягненка в кисло-сладком соусе. Пили вино. То самое, в котором шепот древней богини любви. Когда бутылка опустела, я сходил за второй, очередной раз удивив ее. Я целовал ее, и она позволяла гладить ноги, чуть выше коленей.
Мы курили возле окна, глядя на полную луну. А потом, я подхватил ее на руки и понес в спальню.
— Саша, пожалуйста, не надо, — слабо засопротивлялась она, когда я развязал поясок ее халата.
Я не ответил, лишь лег рядом, лаская ее выкатившуюся грудь.
— Саш… — она вздрогнула от касания моих губ к ее отвердевшему соску.
Очень медленно я стянул с нее трусики, задев несколько раз влажную складочку.
— Я не представляю, что будет дальше, — сказала она, смирившись и сама желая меня.
Я лег на нее, целуя в губы и раздвигая ее бедра своими.
Да, конечно, он большой! Знала ты это или нет, если воспитывала сусла с детских лет? С напряжением растягивая ее мокрую пещерку, он погрузился наполовину.
Она несколько раз выдыхала мое имя, со все большим жаром целуя мою шею, плечи. Я чувствовал, как подрагивают мышцы ее живота от моих пока еще слабых проникновений. Ох, Ирочка, как я долго этого хотел! Какая ты трепетная вся внутри! И узенькая в свои тридцать шесть!
Мне хотелось большего. Я подхватил ее под ягодицы, отрывая от постели. Она подогнула ножки, и закричала от неожиданной остроты ощущений.
