Автор
Встреча двух женщин в ночных клубах окунет вас в атмосферу жесткого рока и стремительного общества. Виктория рассказывает о своей подруге, которая не выдерживает сладости бытия офисной работницы и предпочитает приключения на свиданиях с влиятельными мужчинами. Каждое слово в этом рассказе наполнено неприкрытой бравадой и беззаботным размахом жизни, где красота и власть оправдывают любые поступки....
– Что, бл*ть, «а»? – вопрошает он, бодая меня носом и заставляя выгнуть шею.
Прикусывает кожу, потом втягивает ее в рот, оставляя засос.
– Ты… любишь?.. – спрашиваю в неверии, потерявшись на миг.
– Ты, правда, такая дура или прикидываешься? – раздражается он и тянет мою водолазку вверх.
Поднимаю руки, повинуясь его желанию.
Стягивает ее и отправляет вслед за шапкой. Тут же накрывает ладонью мою грудь и сжимает.
– Ай… – непроизвольно пищу я.
Больно.
Антон тут же отдергивает руку и проводит согнутым указательным пальцем по моему животу, а потом он ныряет пальцами в мои трусики.
– М-м-м… – стонет мой любимый мужчина. – У меня крышу рвет, когда ты такая мокрая…
Начинает работать пальцами, отчего я цепляюсь за его плечи и двигаю бедра навстречу.
– Антон… мне… я… подожди…
Я еще кое в чем должна сознаться...
– Ни хрена… – шепчет он, опускаясь передо мной на колени.
Уткнувшись лицом в мой живот, тянет джинсы вниз вместе с бельем, придерживая меня за талию. Гладит мою попу, мои ноги. Целует. Господи! Я сейчас упаду в обморок.
– Я беременна! – выпаливаю, потому что минуты через три совсем перестану соображать.
– Ага, я так и понял… – отвечает Антон, чем ставит меня в тупик.
– В смысле?! – изумляюсь, оттянув его лицо за волосы, чтобы заглянуть в это непробиваемое лицо.
Стряхивает мои руки со своей головы и возвращается к прерванному занятию: кусает внутреннюю сторону моего бедра.
– Антон! – требую, пытаясь отстраниться.
– Ну что? – цыкает он, вскидывая голову.
Смотрит на меня, как ребенок, у которого отняли игрушку. Смотрю в ответ требовательно и хмуро.
Бес закатывает глаза.
– Я олигофрен, по-твоему? – бормочет он. – У тебя с Тая нет месячных, и сиськи увеличились. Психуешь как истеричка и плачешь постоянно.
Шок.
Это было так очевидно? Я насчет своих истеричных приходах.
– И… и что? – опять начинаю распускать нюни.
– Что «что»? – теряя терпение, гаркает Наумов, сверкая голубыми глазищами.
– Что ты думаешь?! – требую я, топнув ногой.
Антон качает головой и извлекает мои лодыжки из джинсов вместе с носками. Встает и начинает расстегивать свою рубашку.
– А что ты думаешь, я думаю? – спрашивает, выгибая брови.
В этот момент я злюсь. Обрушиваю на его грудь два кулака и ору:
– Ты можешь просто сказать? Откуда я знаю, что у тебя в голове?!
Он скидывает рубашку с плеч и расстегивает ремень. Вынимает его из петель и отшвыривает в сторону.
