Особенно когда я увидел выщерблину на стене по правую руку сиятельного трупа. Отколотый кусок штукатурки валялся на полу. Пуля повредила стену в метре от пола. Присев у выщерблины, я мысленно провел прямую через раневой канал; противоположный конец прямой указывал на верхнюю часть окна. Чтобы выстрелить в голову Зайца, находясь слева от него в комнате, пришлось бы встать на табуретку или подпрыгнуть. Если бы стреляли со двора — пуля угодила бы в стену на уровне головы; с проезжей части улицы — мешал кирпичный забор.
Оставалось предположить, что стреляли с технического этажа или крыши котельной, приходившейся как раз напротив особняка через улицу.
Самым смешным было то обстоятельство, что и окно, и форточка были закрыты наглухо.
Пулю я нашел незадолго до приезда Сумарокова. Опустился на четвереньки и, как собака, обнюхал все углы. Сплющенная пуля была обыкновенной, винтовочной, к патрону 7,62 мм. Судя по состоянию крови, запекшейся на лице и одежде, но еще свежей у раны на выходе, стреляли часа полтора назад.
В это время было уже темно, а значит, в комнате горел свет. До котельной было метров триста. Любая снайперская винтовка имеет как минимум в два раза большую прицельную дальность, но, по калибру, стреляли из чего-то советского.
С дверью все стало ясно, как только я осмотрел мощный двухригельный накладной замок: он не имел «языка» и не захлопывался, а ключей у того, кто уходил отсюда последним, не было: они лежали в кармане убитого. Но на кой черт нужно было возвращаться сюда, запирать окно и выключать свет, вместо того чтобы уносить ноги?
Подъехала машина, затем — еще одна.
Во двор вошли следователь, врач, эксперт-криминалист, оперативник, фотограф.
Сумароков оказался симпатичным человеком средних лет с улыбчивыми и любопытными глазами. Постояв напротив стола и кивнув специалистам: «Начинайте», он подошел ко мне.
— Как вы его обнаружили?
Я подробно рассказал ему обо всем с самого начала, с того момента, когда услышал по рации сообщение дежурного по городу.
— Полагаете, есть связь? — выслушав меня, повертел он в руках пулю.
— А вы полагаете, нет?
Он добродушно улыбнулся:
— Доказательства нужны, майор. Листок в блокноте — это, конечно, хорошо…
— Тогда не будем терять времени, — посмотрел я на часы. Было три сорок пять."
"— Там у ворот стоит сержант, возьмите его с собой, — предложил следователь мне вдогонку.
4
Вдвоем с сержантом Ордынским мы вошли на огражденную территорию газовой котельной.
