Ическая атака заставляет сердце сжиматься снова и снова. От каждого нового удара мне становится еще хуже. Мои руки выкручены до предела, я замороженная в подвешенном состоянии под потолком, прикованная к металлическими наручникам скрывающимся глубоко в потолке. Беззащитная и голая, я понимаю, что одна не могу противостоять этой жестокой силе....
– Я решила помочь тебе и отрезала перепонку под языком. Не смотри на меня так. Потом будешь благодарить, и твой язык будет более эластичнее, и ты сможешь полноценно удовлетворять им женщин.
Я продолжаю выть, закрыв рот и смотрю на её окровавленную руку, которой она держала мой язык. Мне хочется открыть рот и закричать на неё, но я боюсь, что если открою сейчас его, то из меня начнёт вытекать кровь и тогда я точно потеряю сознание.
Зачем она это сделала? Что за бред она несёт? Она отрезала мне уздечку под языком, чтобы я могла удовлетворять женщин? А меня она не забыла спросить? Может быть, она первая и последняя женщина в моей жизни, которую я буду удовлетворять!
Пульсирующая боль во рту сводит меня с ума.
– Тебе придётся немного потерпеть, шлюшка, – самодовольно заявляет она, – это боль очень быстро пройдёт, и и ты почувствуешь, как твой язык станет более свободным!
В данный момент я совершенно не чувствую никакой свободы в области языка! Одуряющая боль продолжает мучить меня! Во рту такое ощущение, что кто-то ножом продолжает резать основании моего языка, причём этот нож настолько тупой, что этому человеку приходится его пилить.
"– Сегодня я не буду тебя заставлять удовлетворять меня языком.
Я не могу ничего ей ответить, продолжаю держать рот закрытым, плотно прижимая ладонями.
Сегодня я обязательно пожалуюсь Сергею на этих клиентов! Скажу ему, что больше не хочу их видеть, пусть их обслуживает другая девушка!
Наглая особа встает и демонстративно идет к своему мужчине.
